Диалоги с Омаром Хайямом

Заговорят и тут и там, :

Теперь святой – Омар Хайям !

77

В молитве и посте я, мнилось мне, нашел

Путь к избавлению от всех грехов и зол;

Но как-то невзначай забыл про омовенье,

Глоток вина хлебнул – и прахом пост пошел.

77.77

Склонился ! Помолиться ! На восток!

Тут выкатился медный пятачок…

«Однако рано с пьянкой завязал»,-

Омар Хайям под нос себе сказал.

78

Молитвы побоку ! Избрав благую часть,

В беспутство прежнее решил я снова впасть

И , шею вытянув, как горлышко сосуда,

К сосудам кабака присасываюсь всласть.

78.78

Забыв, мой друг, священные слова,

Забыл , что как два бока, так и бога два.

«Молитвы побоку !», – сказал Омар без страха.

И обратился в подданные Вакха.

79

Мы пьем не потому, что тянемся к веселью,

И не разнузданность себе мы ставим целью.

Мы от самих себя хотим на миг уйти

И только потому к хмельному склонны зелью.

79.79

Идя в кабак, Хайям поставил себе цель-

Надежно и надолго сесть на мель.

Не в силах груз нести сердечный,

Решил он там засесть навечно.

80

Ко мне ворвался ты, как ураган, господь,

И опрокинул мне с вином стакан, господь!

Я пьянству предаюсь, а ты творишь бесчинства?

Гром разрази меня, коль ты не пьян, господь!

80.80

Бог дал – Бог взял. Тебе не знать?

С утра не знаешь где деньжат достать.

А к ночи ты – Амур, Вампир кровососущий,

Вселенский демон вездесущий!

81

Скорее пробудись от сна, о мой саки !

Налей пурпурного вина, о мой саки!

Пока нам черепа не превратили в чаши,

Пусть будет пара чаш полна, о мой саки! (Саки – кравчий, виночерпий )

81.

Зачем же пьяницам бояться,

Что черепа их в чаши превратятся?

С утра до вечера в них льют вино.

И значит – не все ли им равно ?

82

Огню, сокрытому в скале, подобен будь,

А волны смерти все ж к тебе разыщут путь.

Не прах ли этот мир? О, затяни мне песню!

Не дым ли эта жизнь? Вина мне дай хлебнуть!

82.

Тебе ли волн Омар бояться? В твоей чаше

Едва ли бурю возмутишь.

А чем становишься ты старше,

Тем крепче будет гладь да тишь.

83

Усами я мету кабацкий пол давно,

Душа глуха к добру и злу равно.

Обрушься мир,– во сне хмельном пробормочу я :

«Скатилось , кажется, ячменное зерно»

83.83

Художник, что все краски прожил,

Рисует сажей, и понять не может;

Не пыль желанна на губах,

Что сажа – это тот же прах.