Доживем до… Онкологическая поэма

Джон уехал, а лето продолжалось. Страшно не хотелось возвращаться в Лондон. Я кружилась и неслась в каком-то диком и веселом водовороте встреч, поездок, событий. Времени катастрофически не хватало: не встретилась с одними, забыла позвонить другим, не успела за что-то заплатить. Но всё равно пора уезжать. В аэропорт приехали Макс, Наташа и Олежка. Последние эсэмэски, последние звонки. Пока. Пока. Я вас люблю!

Лондон. Дом. Раздражение. Болото. В первые выходные еду к Свете в Веймут – говорим, говорим. Полегчало.

Море утешило. Письма и звонки Верочки – какое счастье, что мы с ней познакомились. Спасибо Борушко за Пушкинский турнир. Письма от Бориса Носика – тепло.

Теперь я буду день за днём записывать свои ощущения и ход событий в свете – вернее, тьме моего нынешнего диагноза.

Странно, что какая-то штуковина, которую не видно снаружи и которая никак не ощущается, может угрожать моей жизни. Возможно, это уловка подсознания, чтобы задержать Ивана? Круто. Джон старается быть внимательным.

Поймет ли он истинную причину болезни? Острая сердечная недостаточность. Надо переписать рассказ «Кира» – моя героиня погибает от этой недостаточности. Я хочу жить.

Первый раз общий осмотр и биопсия. Потом хирург объявила, что оперировать всё равно нужно – даже после химии. Вчера профессор Кюмб прочел мне целую лекцию про химию. Все очень удивляются, откуда я так много знаю об этом. Ну что, про Иришку им рассказывать? Как она отлёживалась у меня после химий этих, носила косыночки и парики и улыбалась, превозмогая боль и пряча слёзы? Бедная девочка, как ты хотела жить! У меня всё будет иначе.

Нужно больше позитива. О, как!

27/08/09

Странно, мой мальчик, мой ненаглядный сын воспринимает свалившуюся на меня болезнь как помеху его планам. Я думала, он скажет, что будет со мной во что бы то ни стало. А он всё время говорит о своем отъезде. Может, правда, ему лучше уехать? Слишком много легло на плечи этого парня – бабушка, прабабушка, теперь мать. Пора ему жить самостоятельно.

Нельзя обижаться на него.

Сегодня с утра какие-то невообразимые волны страха в животе, как перед визитом к зубному врачу. Кажется, что и желудок болит. С ума, что ли, схожу потихоньку?

Вчера весь день провели с Джоном в магазинах, купили, помимо всякой ерунды, соковыжималку – она мне понадобится во время химии. Господи, дай мне выдержки и здоровья, а ему терпения возиться со мной.

Верочка шлет мне письма, Света звонит каждый день.