Московские рассказы

Григорий обошел всех по очереди и со всеми поздоровался за руку.

– Что, Григорий, пришел опять жизни учиться у нас? – спросил его Герман Даниилович.

– Конечно, у кого, если не у вас, учиться жизни, – ответил он.

– То-то же, – заметил Даниил Львович.

– Вы сегодня во что будете играть? – вежливо спросил его Константин Юрьевич.

– Во все, во что вы играете. Кто готов сыграть со мной в нарды?

– Малец, я, конечно, подогрею твой юный зад, – Михалыч.

– Ты-то? Ты даже у голубя не выиграешь, – уточнил Эраст Моисеевич.

– А ты, Моисеевич, со своими советами езжай куда подальше. О, например, в Израиль, – грозно с издевкой ответил ему Михалыч.

Такая ситуация случалась каждый раз. Кто-то, а точнее, Михалыч, напоминал братьям об их происхождении. После чего минут десять шло препирание, кто кого как назвал. Сегодня стало не исключением.

Братья завелись.

– Что вы хотите сказать Израилем? – спросил Даниил Львович.

– Да, и что теперь? Что, Израиль не страна? – тут же добавил Эраст Моисеевич.

– Нет, просто Михалыч хотел сказать, что вы по происхождению евреи, и все, – со смехом сказал Сергей Петрович. И добавил: – Никто же вас туда не посылает, что вы так завелись.

Минут пять продолжался диалог всех игроков вопросами на вопрос.

Так как Константин Юрьевич был самым интеллигентным, он сказал:

– Ладно, хватит вам бубнеть, расставляйте фишки, сыграем в нарды по системе плей-офф. У нас три доски. По очереди играем со всеми. А я буду, так сказать, судьей и наблюдателем.

– А что ты, самый умный, что ли? – спросил Сергей Петрович.

Григорий решил разрулить этот конфликт.

– Товарищи, я могу быть судьей. Не ссорьтесь. Давайте начнем наш турнир.

– По местам. Как будем делиться? – спросил Эраст Моисеевич.

– Я всех разделю, – сказал Григорий. – Михалыч со мной, братья друг с другом. Оставшаяся пара между собой. Константин Юрьевич – судья. Все равно он не любит нарды, а в шахматы никто не изъявил желания играть.

– Вот и правильно молодой говорит, поехали, – сказал Герман Даниилович.

Первая игра длилась минут тридцать, пока последние игроки – братья Сихипоровские – доиграли между собой. Эта партия была самой трудной. Ведь в ней противостояли друг другу два человека, которые постоянно находили аргументы для выигрыша. Так сказать, были сильнее в словах, нежели в игре.

Братья сегодня чуть не подрались. В итоге, чтобы дело не дошло до драки, Григорий и Константин Юрьевич решили присудить ничью.