Вещий грешник

Пытаясь не шевелить головой, я сел на край лежбища и осмотрел жилище: беспорядок царил повсюду, а завтра должен был с дачи приехать предок. Собрав последние силы, я прошёл на кухню, выпил таблетку аспирина и сердечные капли. Надо было заняться уборкой. Начав с того, что, собрав весь мусор со столов и пола в полиэтиленовые пакеты, я вынес их в мусорные баки, слегка помёрзнув на небольшом морозце. Затем вымыл посуду и полы на кухне и в комнате. Осмотрев квартиру, я убедился в том, что следы пьяного праздника практически исчезли, только прожжённые в двух местах сигаретами спинки кресел да не отмытые пятна от рыбы на полу, напоминали о шабаше.

Часы показывали пять часов вечера, и полумрак улицы освещали гирлянды в окнах да фонари. Из комнаты отца раздался кашель, потом шаги и, приоткрыв дверь комнаты, в прихожую вышел бородатый мужик. Я вспомнил: его зовут Женя. И тут Чудо произнесло:

– Мне плохо, надо похмельнуться.

Мятое лицо и красные глаза прошли на кухню, присев на табуретку. Я поставил перед ним литровую банку с водой.

– Это не поможет. Нужен алкоголь, – и тело со стоном опустило голову на стол.

Делать было нечего и, наскоро одевшись, я отправился в ближайший магазин за пивом.

Купив два литра разливного кубанского пива, я отправился по нарядным, новогодним улицам домой, по дороге переживая о том, что не встретился с любимой женщиной в праздничную ночь. Сегодня днём я попытался ей позвонить, но в ответ слышал лишь длинные гудки. Видимо она вновь обиделась на меня. Но Бог с ним, я верил в то, что всё-таки добьюсь внимания Феи.

Открыв входную дверь ключом, первое что я увидел – это тело бородача, опустившего голову на пустую тарелку стоящую на столе. Я разделся и, взяв пакет с пивом, прошёл на кухню.

– Женя, давай просыпайся, я пива принёс, – громко сказал я.

Тело застонало и подняло мутные, красные глаза, взглянув на меня. Я разлил пенное по большим кружкам. Тело мгновенно опрокинуло свою ёмкость в пасть, крякнуло и закурило. Глаза Чуда начали проясняться, и он поведал мне свою историю.

Родители его покинули этот мир рано, когда ему только- только стукнуло двадцать лет, оставив ему обставленную, двухкомнатную квартиру в центре города. И как следствие, к нему в гости стали заходить друзья-собутыльники. Ежедневные пьянки были по душе сироте. В двадцать пять лет он женился и через год в их семье родилась девочка, но свой образ жизни он не изменил, и, как результат, супруга оставила его, переехав к матери и подав документы на алименты.