Двенадцать месяцев. От февраля до февраля. Том 2

Патроны у них заканчивались, поэтому автоматы они использовали как винтовки – стреляли одиночными выстрелами. Руководство партизанского отряда видело, как русские гибли один за другим. Остался только Миша. Но вот и он упал. Фашисты долго не решались пойти в атаку. За это время почти вся группа бывших заключённых втянулась в узкое ущелье и была уже в безопасности. Наконец фашисты решились и пошли. Никто не стрелял, все защитники погибли. Сколько немцев поднялось на перевал, никто не считал, но, когда их там скопилось много, прозвучал взрыв.

По-видимому, Миша был ранен, патроны у него закончились, осталась одна граната… Тут Марсель замолчал, – добавила Надежда и тоже замолчала.

Молчали и все мы.

Уже потом Марсель рассказал, что на месте, где погибли Миша и его боевые друзья, стоит памятник, на котором написано по-русски одно лишь слово – «Спасибо» и почти постоянно лежат цветы.

– К сожалению, это далеко в стороне от нас, и мы не сможем побывать там, – завершил эту часть рассказа Марсель и тут же, без перерыва начал рассказывать нам о регионе, куда мы попали, и о том, какую роль он играет в жизни всей Франции.

Мы ехали мимо бесконечных полей, где из земли торчали какие-то корявые стволы с обрезанными ветками.

– Мы приближаемся, – послышался голос Надежды, – к достаточно крупному и одному из старейших городов в провинции Прованс – Альпы – Лазурный Берег, к Арлю.

Наш маршрут, как и маршруты остальных групп, построены таким образом, чтобы мы нигде не пересекались. Поэтому кто-то сейчас посетит Арль, кто-то, в том числе и мы, проследует дальше.

Мы, все девять групп, рассеемся по этому региону, но все побываем в тех же самых местах, что и остальные. Поняли?

Мы мало что поняли, но усердно закивали головами, а Надежда продолжала:

– Наша группа едет без остановок к конечной точке маршрута – в пригород Мийо, где находится крупная сыроварня. Там нас ждёт дегустация самых известных сортов сыра, производимых на юге Франции. А вот возвращаясь оттуда, мы проедем и через Арль, и через другие небольшие города.

Уяснили?

На этот раз мы кивали уже более осмысленно, теперь многое стало понятно.

В этот момент откуда-то сзади послышался вопрос, который меня тоже очень интересовал:

– Надежда, спроси у Марселя, а что это за разлапистые коряги из земли везде торчат?

Надежда наклонилась к Марселю и, по-видимому, задала ему этот вопрос. Тот сразу же оживился и начал говорить. Говорил достаточно долго, и всё это время Надежда его терпеливо слушала.