Пять её мужчин

Она была чрезмерно бледна, и это обеспокоило его и напугало. Но после он, только услышав её спокойное дыхание, осознал, что всё в порядке. Так должно быть, ведь после кораблекрушения любому человеку на изломанном борту нужен отдых. Энн сейчас и пребывала в царстве отдыха, покоя и радости…

Верно, у неё в голове время от времени проскальзывает мысль: я стала мамой!

Её муж – она всегда очень любила это слово! – услышал оклик:

– Ножницы оставь рядом, и чуть отойди!

Она подошла с ребёнком на руках к ёмкости с водой, но сначала взяла ножницы, и легко, словно часто делала это, перерезала пуповину.

– Ну, вот и всё, мой мальчик! Теперь ты с мамой больше не одно!

Миссис Эдмонт, мать, принявшая роды у дочери, бабушка, самой первой увидевшая новорожденного внука, улыбаясь, отложила ножницы, и легонько, не спеша, опустила малыша в воду, удостоверившись, что она не слишком уже горячая. Принялась обмывать с тела ребёнка кровь. От непривычной процедуры он снова вскрикнул, впрочем, не очень уверенно, и быстро затих.

Потом поднеся ребёнка к отцу, он помогла обтереть его полотенцем и закутать его в небольшую простыню, которою принёс Калеб:

– Держи своего сына, Калеб!

***

Это и правда был маленький сын.

Сложно было поверить, что их с Энни любовь воплотилась в милого малыша! Но это был так. Сейчас в его руках лежал сверток единственно возможного в мире величайшего чуда!

Женщина могла воспроизвести на свет будущего мужчину? Это возможно? Калеб, но ведь ты и сам появился на свет из хрупкой женщины, которая позже научила тебя одному жизненно важному слову! Ты мужчина, и ты продолжатель! Ты теперь отец, а рядом на груде подушек, приходила в себя та, что сделала чудо рождения возможным.

Он смотрел на сморщенное и красноватое ещё личико и думал, что никого в жизни он не любит так сильно, как этого одного и эту одну.

Своего крошку – сына и свою умницу – жену.

Вдруг его восхищение и единение с маленьким человеком, который стал самым ценным подарком, прервал слабый ещё голос Энни:

– Покажи мне, покажи… Сына?

На последнем слове её лицо вдруг приняло озабоченное выражение, и Калеб поспешил подтвердить:

– У нас мальчик, любимая! Ты родила сына…

***

Наверное, справедливо, когда конец обращается началом…

И после чудовищной боли, страшной концовки одной истории без промедления приходит новая, счастливая и радужная.