Двое

Прильнули щеками друг к другу – почувствовал запах не казармы – все тот же ее, карамельный Нелькин запах. Матвей ухмыльнулся: он из памяти выделил именно этот запах. Его подружка Нель-ка – на выданье. За год стала степеннее. От былой суетливости ни следа.

Нелька изобразила ему свое мимическое удивление.

– Армия не на словах делает из мальчиков мужчин. Не скажу, каким ты был до того, но за год ты стал значительно мужественнее.

– А ты не изменилась, почти… – Матвей потупился, – женственнее стала, пожалуй.

Авантюру с пачканьем грязью стены предпринимателя не решусь теперь предложить или на стреме постоять при обнесении чужого сада.

– Это внешнее, Матюша, зарвавшемуся типу могу и сейчас грязью по свежей побелке. Там тропа была накоротке к дому под его стеной – он ее перекрыл всем. Надеюсь, помнишь причину? Мстители отыгрались за всю улицу.

Матвей хохотнул:

– Такое и в деталях не забывается.

– Присаживайся, – предложила Нелька, устраиваясь рядышком.

– Тебе сувенирчик из города, с мест, где службу проходил.

Красивая провинция с древней русской историей.

Матвей протянул Нельке художественно оформленный пузырек со святой землей.

– Спасибо, Матюша. Храню о тебе память юности, – потупилась она, – твой подарочек, мимозку в гербарии, держу на почетном первом месте, достаю – пахнет тем временем, удивительные цветы.

Глава 8

Вовчик достал джинсики, пуловерчик – из шкафа дохнуло своим невыветрившимся родным духом. Изощрился, с подогревом спичкой растопил скомковавшийся предвоенный крем, наблистил туфли, глянул в зеркало: «Сексуально озабоченный тип, да и только, всё на лице.

А вот так?»

Вовчик кисло улыбнулся.

«Еще хуже – вылитый сексуальный маньяк. Ничо, воздух городской подлечит».

– Сер-геев-на, ко времени буду.

Он ловко сбежал с этажа. Вниз – всегда пешочком. Лифтом – в крайних случаях. Вышел из подъезда, сфокусировал в просвете многоэтажек пятно небосвода. Высокий ярус чешуйчатых облаков соответствовал его неопределенности.

Скосил глаза на проходивших: «Одет кто в чем. Растворюсь в массе без ярких особенностей. Формой бы сейчас форсануть. Баста, форма отныне для потомков. Жахнуть хотя бы крохотульку для полной материализации в пространстве».

Постарался ссутулиться – прямая спина не для штатского контингента.

Побрел праздным шагом через придорожный сквер к центру прошлых тусовок – туда, где обосновались поисковики острых ощущений.