Побочные эффекты

Не потому что не любит, а потому что, ну, вот что скажут хозяева? Они и так со скрипом сдали квартиру двум студентам колледжа, одному из которых даже семнадцати нет.

– Давай ее в какой-нибудь приют или котокафе отдадим!– увещевал соседку по квартире юноша.– Нас же вышвырнут, узнав, что появилась кошка! А ты знаешь, мне нельзя в общагу!

– Ванча, у меня нет общаги вовсе!– логично напомнила Люся.– Но так тоже нельзя. Нельзя такого малыша отдать непонятно кому! Это важнее всяких там квартир! На вокзале будем ночевать!

Хорошо ей рассуждать, когда из вещей – три словаря и пять учебников, которыми можно накачать мускулатуру для участия в соревнованиях профессиональных бодибилдеров.

Ночевать на вокзале Иван и думать не мог. В отличии от Лютика контингент представлял неплохо, поздними вечерами доводилось видеть, кто там ночует. И не надо про патрули! Патрули видят столько, сколько хотят увидеть. Они скорее выгонят Ивана и его глупую подружку с этим белым недоразумением, чем действительно опасный контингент постоянных обитателей.

– Люд, ну, хоть объявления надо развесить!– проговорил Ваня.– А вдруг ее кто-то ищет? Может, человек волнуется?! Смотри, какая она красивая!

Кошечка и правда была удивительно хороша: беленькая, ухоженная, совершенно не тощая, так что мысли о том, что это чья-то потеряшка не казались такими уж невероятными.

– Ну, ладно,– со вздохом согласилась Лютик, признавая правоту мужской логики, хотя бы право на то, что эта логика может быть неошибочной.

А имя кошке все же дала.

Неугомонная девчонка. Сказала, будет звать ее Мао. “мао” – по-китайски кошка, так что имя только кажется необычным, а на самом деле строго по Маршаку: не назвать ли нам кошку кошкой.

Они удивительно были похожи, две его девчонки: беленькие, ладненькие, с блестящими глазками. У Лютика синенькими, как небо, а у Мао рыжими, как солнце. Два маленьких неба, два маленьких солнца. Когда вместе глядели на Ивана, он сдавался.

Вторым ударом под дых от пушистой подлизы стало то, что для сна она выбрала именно Ванькину комнату и кровать.

Ложилась у плеча на подушку, засыпала. И до утра никуда не уходила пока Люся не начинала стучать тарелками на кухне, тогда просачивалась в узкую щель приоткрытой двери маленькой комнаты, где квартировал молодой человек, и трусила на кормежку.

В общем, кошка знала свое дело туго, очаровывала быстро и уверенно. Конечно, Иван сдался этому обаятельному комку шерсти и энергии. Уже и не хотел, чтобы нашлись хозяева.