Чудесный сад

Казалось, лету не будет конца. Однако сердце дрогнуло и загрустило над вспыхнувшей золотыми горошинами пижмой, и какое-то беспричинное беспокойство вселилось в душу. «Виною скорая осень», – решила я.

Но вскоре узнала: моя старшая сестра Тамара серьёзно больна. При диагнозе, который поставили ей врачи, даже у сильных духом людей опускаются руки. И я тут же засобиралась в Санкт-Петербург.

Перед отъездом ко мне забежала соседка с просьбой отвезти записочку о здравии святой Ксении Петербургской на Смоленское кладбище.

– Что за святая? – спросила я.

– Разве ты не знаешь? Погоди, я мигом!

Соседка юркнула в дверь и тут же вернулась, держа в руке крохотный образок.

– Возьми. Пусть будет тебе, у меня ещё есть.

Я взглянула на иконку: красная юбка, зелёный сюртук…

Где-то я уже видела это изображение.

И тут вспомнила бушующее озеро, нашу лодку, потерявшую управление… Так вот чью иконку нашла я тогда в кармане сестриной куртки!

Расспросив, как добраться до Смоленского кладбища, я пообещала соседке выполнить её просьбу.

Сестра так обрадовалась моему приезду, что на время забыла о своих горестях. Засуетилась, забегала. На тарелках задымилась целая картошка, защекотала нос пряным запахом поджаристая домашняя колбаска. Крепенькие солёные огурчики и маринованные маслята дополнили гостеприимный стол.

Захрустев огурчиком, я стала рассказывать о том, что произошло на озере Шлино.

– А я искала образок, подумала, потеряла, – удивилась сестра.

 – Люблю Ксенюшку. Она такая скоропослушница!

И тут меня осенило.

– А давай мы вместе съездим на Смоленское кладбище!

– Хорошая мысль, – с радостью согласилась Тамара.

Утром следующего дня, наскоро глотнув чаю и набросив на головы платочки, мы вышли из дома.

Город уже просыпался. Стучали двери подъездов, заводились припаркованные у домов машины, народ собирался на остановке маршрутного такси…

Мы встали в хвост молчаливой очереди.

Краем глаза я наблюдала, как Тамара, борясь с появляющейся болью, кусала губу, и понимала, что она молчит о своей болезни, потому что щадит меня. Видя её страдания, я сама, казалось, чувствовала её боль, и все мои мысли были направлены на то, чтобы хоть чем-то помочь родному человеку. Всю дорогу, сначала в маршрутке, потом в метро, я занимала сестру пустячными разговорами, чтобы отвлечь её внимание от самой себя.