Коэффициент человечности. Сборник рассказов

Казалось, у нее просто нет сил «протаскивать» свою волю, прикрываясь благом семьи.

Искусственный водный канал был примерно в километре от дома. До женитьбы Андрей почти каждый вечер рыбачил там. Но потом хорошо, если выбраться на рыбалку удавалось раз в месяц. Со временем он привык. Но он не понимал, почему он привык. Раньше ему казалось, что без рыбалки он бы не смог. Но потом привык. Главное – не раздражать жену. Вероятно, удовольствие от того, что она относительно спокойна в случае его послушности, перевешивало удовольствие от рыбалки.

Но Андрей начал понимать это только сейчас, после болезни.

Теперь он наблюдал, как поплавок играл на мелких волнах, и обдумывал неожиданно пришедшую мысль. «Если я выполняю чужую волю, разве я становлюсь самостоятельным? Я работаю, зарабатываю и при этом не самостоятельный? – мысль не давала покоя Андрею. – Все мое удовольствие от жизни – это удовольствие от того, что я удовлетворяю амбиции других людей дома и на работе. Но самое неприятное, что мне это нравится.

Раз я променял это на рыбалку».

Солнце клонилось к горизонту. Андрей собрал удочки и пошел домой. Хотя мысли были тяжелые, настроение Андрея было не то чтобы хорошее, но, главное, спокойное. Он был на рыбалке, и он был спокоен.

Он зашел в квартиру. Жена готовила на кухне. Андрей разулся и прошел на кухню. Жена варила щи. Он налил себе стакан воды и выпил. Жена заправляла щи зажаркой. Андрей посмотрел на нее. Она очень похудела за время болезни. Лицо было осунувшееся и бледное.

Халат теперь был для нее большим и висел на ней, как мешок. Пожалуй, только новый маникюр говорил о том, что она тоже приятно провела время. Неожиданно Андрей понял, что она была необычайно красива. Он никогда не думал, что у него такая красивая жена. Она поставила сковородку, вытерла о полотенце ладони, подошла к Андрею и обняла его.

Людмила

«Как можно стать самостоятельной, если все время принуждать кого-то выполнять свои указания?» – думала Людмила, смотря, как нейл-мастер обрабатывала пилкой ноготь ее указательного пальца.

Она уже несколько месяцев не была на маникюре. Теперь наспех подрезанные ногти наконец снова станут изящными и красивыми. Но Людмилу сейчас это практически не волновало.

Она давно уже была замужем. Муж у нее был добродушный, умный и покладистый. Людмила понимала, что все, о чем она попросит, он сделает. Это очень затягивало. Тем более она была сильной и властной женщиной.