Гламурёныши. Рассказы

Да, точно с третьего – познакомились мы с ней в четвёртом, в театральной студии, куда Берту впихнули заодно со всеми остальными студиями, а меня – чтоб не болталась под ногами, когда к тёте Насте приходит водитель Ашот. Руководительница, Элла Эдуардовна, бегала курить с теми, кто постарше, а тех, кто помладше, предоставляла самим себе и друг другу. Тогда-то мы и подружились с Бертой. Я научила её множеству матерных стихотворений, почёрпнутых от тёти Насти, а она объяснила, как называются по-научному упоминаемые в них органы и процессы.

Её забрали через три дня, осознав свою ошибку; меня отчислили через три месяца, когда стало ясно, что тётя Настя не станет платить даже скудную требуемую сумму. Но я отвлеклась.

Сейчас я влюблена в Антона Кучина, который вк обозначен как Антон Антуанов. Ну, у него и на аве какой-то Стэтхем, но я всё равно в него влюблена, чо уж там. Я думаю, думаю и думаю, и минут через двадцать из-под моего пера выходит следующий шедевр:

Жёлтый лист осенний падает в окно,

О тебе мечтаю я уже давно.

По ночам я вижу самый лучший сон —

Антуанов милый, дорогой Антон.

Ещё минут двадцать я очень собой горжусь, потому что мне даже удалось подобрать приличную рифму к слову «Антон», а это уже говорит о моём бесспорном таланте.

А потом мне зачем-то приходит в голову прочитать первые буквы, и я понимаю – от себя не убежишь.

***

Берта Гирш: Фотография

Я всегда злюсь, когда Берта шлёт мне фотки.

Для понтов, не иначе. Какую-нибудь грамоту, или картину маслом, или новый лифчик, ну, короче, что-нибудь такое, чтобы я позавидовала, и написала бы что-нибудь гадкое, а она написала бы «не завидуй», и это было бы самое гадкое из всего. Но в глубине души, если честно, я радуюсь за Берту, хотя никогда в жизни ей в этом не признаюсь, потому что очень её люблю, хотя никогда в жизни ей в этом не признаюсь.

Но в этот раз на фото длинная палка, похожая на градусник, с двумя поперечными полосками тёмно-лилового цвета.

Рокотка с Модрома: 11 градусов, ппц, чо за болезнь?

Берта Гирш: Зинка, хорош ржать!

Рокотка с Модрома: да шучу) поздравляю с братиком)

Берта Гирш: Зинка, блин, не тупи!

Рокотка с Модрома: с сестричкой?))

Стоп, думаю я. Какой братик, какая сестричка? Софье Марковне пятьдесят четыре, даже и Берта уже – поздний ребёнок.