Сопка любви

– Сейчас я тебя достану, – сказала Галя кряхтя, подтаскивая кем-то оставленный на улице табурет.

Табурет одной ножкой попал на камень и стоял не очень ровно. Галя взобралась на него и потянулась к коту. Табурет резко накренился, Галя не удержалась и упала в колодец. Ледяная вода, словно кипяток, обожгла её. Девочка испуганно закричала:

– Мама, мама!

Но никто не слышал её, потому что все обедали, и на улице никого не было. Никого, кроме Дымка. Он продолжал спокойно сидеть на краю колодца и заинтересованно наблюдал, как Галя барахтается внизу.

– Дымок, Дымок! – как к человеку обратилась Галя. – Позови маму!

И кот, будто поняв, что происходит, кинулся в дом. Он громко мяукал, привлекая к себе внимание.

– Дымок, чего тебе? А где Галя? – забеспокоилась мама.

Дымок выскочил на улицу и побежал к колодцу. Мама бросилась за ним и услышала слабеющие крики:

– Мама, мама!

Она в чём была прыгнула в колодец и подхватила уже почти захлебнувшуюся дочку.

– Ах, Дымок! Что бы мы без тебя делали? – приговаривал папа, ласково гладя кота по тёмной серой шерсти. «Лучше бы накормили», – вздыхал про себя кот, подставляя спину под шершавые мужские руки.

А мама завернула Галю в тёплое одеяло и напоила горячим чаем. Девочка согрелась и уснула, а Дымок прыгнул к ней на кровать, свернулся калачиком и зажмурил глаза. «Сегодня такие события! Можно и без обеда обойтись», – подумал умный кот и уснул рядом с хозяйкой.

Анечка

Это было в первом классе. В октябре. Все успели перезнакомиться. Кто-то уже нашел друга или подругу как тогда казалось «на всю жизнь», а кто-то никак не мог преодолеть стеснения. Как, например, Анечка – умная красивая девочка. С ней никто не играл, что-то в ней было не так, как у других.

Дело же было вот в чём: когда Анечка волновалась, у неё начинало подёргиваться плечо и моргал один глаз, и чем больше девочка беспокоилась, тем заметнее были эти движе ния.

Ребята думали, что это игра у неё такая – как только вызывают к доске, она начинает дёргаться и подмигивать им, некоторые даже хихикали. Слова «ненормальная», «сумасшедшая», «больная» всё чаще звучали в адрес девочки, а она, сознавая свой небольшой недостаток, всё больше расстраивалась и замыкалась в себе, а на переменах, когда никто не видел, тихонечко плакала.