Пациенты

– Кстати, и со мной ничего подобного не случалось, – задумавшись, ответил Геннадий Михайлович. – Помню, что я сидел в купе, не мог ни с кем общаться, а когда реальность вернулась, я уже помнил, как проводники сами приходили ко мне с рассказами о том, что все в этом рейсе пошло как-то не так.

– Отлично! Итак, мы установили, что неприятные ощущения возникали именно в тот самый момент, когда наш поезд пересек границу этой странной местности… – заключил я.

– Установили-то, кончено, установили, но все это нам пока не помогло прояснить ситуацию и понять, что с этим делать! – скептически заметил Олег.

– Проясним, Олег, со временем все проясним! – спокойно отвечал Геннадий Михайлович.

– И потом, вы обратили внимание на окружающий нас пейзаж? – продолжая цепочку рассуждений, обратился я к присутствующим. – Я его наблюдал очень долго еще во время движения поезда.

– Что же с ним не так? – удивился Олег.

– Да ты посмотри вокруг! – воскликнул я. – Когда смотришь на всю эту местную экзотику, создается ощущение, что все было кем-то уничтожено… И вообще все это выглядит более чем странно… эти деревья с огоньками, черная земля… а небо!!! Такого я сроду не видовал!!!

– Смотри-ка, а я даже как-то не обратил…! Не до того было! Ты прав, Саша, такого и вправду не бывает в обычной жизни, – произнес Дмитрий, почесав затылок.

– Ты много внимания уделяешь своей Танюшке, вот ничего и не замечаешь! – с улыбкой произнес Олег в адрес друга.

– А ты будто свою Маришку игнорируешь! – начал было подначивать Дмитрий приятеля.

– Итак, – заключил Геннадий Михайлович, прерывая пустые разговоры, – о станции мы кое-что узнали, но ситуации в целом не прояснили?!

– Полагаю, мы не в состоянии этого сделать! Ведь мы всего лишь люди, – отозвался я…

– Что касается природных и погодных явлений, – продолжил Геннадий Михайлович, не отреагировав на мое замечание, – то тут мы ничего изменить не в силах, и на это сейчас нечего обращать внимание.

Надо думать, как выбираться из всего этого, у нас еще человек семьдесят пассажиров, в том числе шестеро детей от пяти до четырнадцати лет. Хорошо еще, что билетов на этот рейс было продано не много, в основном плацкартные места, а два купейных вагона фактически пустые ехали. Тем не менее, ребята, если мы будем находиться здесь очень долго и ничего не предпринимать, то у нас возникнут проблемы иного рода и вполне серьезные.