Двенадцать сторон света

– Хотите о чём-нибудь спросить? – уточнил я на выходе из зала и обернулся.

Ты оказалась совсем близко.

– Да, – меня едва не обожгло этим страстным шёпотом. – Как целовались скифы?

Я жалобно кивнул на муляж видеокамеры, висящий в углу зала:

– Определённых исторических свидетельств не сохрани…

– Но точно без порошкового пива с утра? – это было похоже на выстрел в пах.

– Вы что думаете – я миллионер? – и мне самому стало противно от собственного скулящего голоса.

Тут ты покачала головой и наконец сняла свои тёмные очки.

Ты прищуривалась всё так же, только мелкие морщинки разбежались вокруг по-прежнему ярких зелёных глаз. И именно те морщинки убедили меня, что это – правда.

– Думаю, просто пугливый постаревший мальчик, – проговорила ты без малейшей грусти, словно вспомнила строчку из характеристики.

Голова мотнулась вниз – от такой неожиданности я готов был согласиться с чем угодно.

– В последний зал я не пойду, – твои слова с трудом до меня доходили.

 – Будь вечером в «Чайке». И пожалуйста, не пей сегодня.

– Подожди… – мой голос снова предательски дрогнул. – Вот…

Я сглотнул и судорожным движением попытался выдернуть цветок из лацкана, но растерзанный бутон отвалился без стебля. Твои пальцы скользнули по моей ладони и легко его подхватили.

– Сегодня в семь.

…Я медленно, как на плаху, шёл по этой вечной улице тысячу раз проклятого городка с пирамидальными тополями по обеим сторонам. Знойное солнце уже валилось к горизонту и слепило даже под козырьком моей кепки…

Плюхнулся за столик возле бара, но уже через пару минут меня оттуда согнали – он вдруг оказался зарезервирован – и указали на место в дальнем углу.

Пришлось перебраться туда. Признаю, что не исполнил твоего пожелания. Но это же рабочий день закончился раньше! И, как ни долго плёлся, попал я в «Чайку» тоже раньше. Совершенно не знал, куда себя можно деть, томился и маялся, и вот через пятнадцать минут внутренней борьбы прибегнул к испытанному рецепту – принял для храбрости и, согрев нервы и потроха, блаженно ухмылялся.

Я вспоминал про нас. Прежде, чем ты уехала, а я оказался подлецом.

С тобой, с той Аней, у меня был недолгий и горький роман в юности… …ты помнишь, как всё начиналось? всё было впервые и вновь…

Я завоёвывал твоё внимание и стал рисовать как безумный, и какие подавал тогда надежды! Самые большие надежды в моей кособокой жизни.