Дари

На следующий день я опять подошла к шофёру с просьбой и услышала вчерашнюю отговорку.

Я открыла рот и популярно объяснила на матах, чем он будет заниматься до конца дня, если меня не свозит.

Шофёр сразу как-то «проснулся» и сказал:

– Ну чего ты так разволновалась, сейчас съездим.

С тех пор водители признали во мне вожака, я ведь у них ещё и завгаром по совместительству была, и стали называть меня «наша мамочка».

Вскоре я вышла замуж, родила сына, и мне пришлось искать посменную работу.

Знакомая посоветовала устроиться в порт тальманом. И работа посменная, и зарплата хорошая. В те времена среди докеров работало много условно освобождённых заключённых, так называемых химиков. Я пришла в кадры, и мне предложили пойти работать учётчицей.

– А что делает учётчица? – спросила я.

– То же самое, что и тальман, только сидит в тепле, а не бегает по морозу по причалу, – ответили мне. – Только вы документы сразу не подписывайте, сходите, осмотритесь. А то у нас девушки устраиваются, а через день прибегают увольняться.

– А почему? Что там такого страшного? – продолжала я проявлять любопытство.

– Контингент особый. Матерятся много.

– А, матерятся. Давайте документы, подпишу, – сказала я и проработала в порту до самой пенсии.

Конечно, на протяжении моей трудовой деятельности контингент менялся. Постепенно «химиков» сменили завербованные на плавбазы со всей страны рыбообработчики, которые оседали в городе по приходе из рейса.

Позже и местное население подтянулось за хорошим заработком, но мат по-прежнему летает среди чаек по причалам порта.

«А может, бесы всему виной? Мат – это ведь грех?»

Двери матросского клуба встречали нас негостеприимно. Они ещё помнили тысячи молодых задорных людей, которые штурмовали их, устремляясь на дискотеки и концерты в эту Мекку развлечений. Ах, сколько любовных историй и разбитых сердец перевидали двери на своём веку. Дверь была похожа на древнюю старушку, уже без пружины, она кряхтела, поскрипывала и повесила на себя украшение в виде объявления: «Держите дверь!!!», как бы предупреждая о своей скорой кончине.

Входящие с почтением относились к ней, осторожно, словно придерживали за локоток. В клубе уже несколько лет шёл ремонт, и холл встретил нас звенящей пустотой. Туда ли мы попали? Я даже слегка растерялась. На одной из колонн мы увидели знакомый рекламный плакат о спектакле.