Дари

К счастью, мы ещё можем видеть то, что видел Леонардо 500 лет назад! У нас тоже есть берег счастливых людей. А вот что мы на этом счастливом берегу увидим, вот это уже загадка для каждого счастливчика. Может – крылья и «взлетим», а может – разрушенные замки из песка. «Грусть, уходи, что ты ко мне прицепилась?» Вот показались чёрные «вороны». Они похожи на людей в чёрных футлярах. Их двое: мужчина и женщина. Чёрные куртки, затянутые капюшоны на лицах и чёрные-пречёрные очки. Глаз не видно, и на лицах «маски».

– Не отдавай меня им! – закричала улыбка, – Я боюсь их!

– Не бойся, – успокаиваю я улыбку, – возможно, они только приехали на счастливый берег, и их души так спрессовались от городской суеты, что разучились улыбаться. Дай им время раскрыться.

– А может, это «Люди в чёрном»? – ляпнула фантазия.

– Фантазия, где твоя фантазия? В кинофильме «Люди в чёрном» Барри Зонненфельда стирали из памяти что-то страшно-космическое, а в счастье – что плохого?

– Извините, – тихо промолвила фантазия, – копир включился.

– И вправду что-то стёрли. Тоску навеяли, – сказала я вслед удаляющейся парочке.

«А где же тот мужчина в оранжевой куртке? – устремив взгляд вдаль, я пыталась разглядеть яркую оранжевую точку. – Он, наверное, местный гуру. Он-то может рассказать, как аккуратно стереть пыль с души, как правильно проветрить, просушить её от сырости, как зашить дырки, оставленные грызунами, и залатать места, съеденные молью. А потом подставить душу под солнце и зарядить её светлой здоровой космической энергией».

– О, квадрокоптер! Наверное, кому-то захотелось посмотреть на берег счастливых людей с высоты.

Интересно, как к этому относятся счастливые чайки?

Иду дальше. Эхо стало доносить до меня, отрывчато и не разборчиво, чью-то песню. Казалось, что кто-то поёт молитву на каком-то восточном языке. Присмотрелась: на горизонте у самого берега моря сидел мужчина. Он вытянул вперед ноги и немного покачивался вперёд-назад. Стала подходить ближе и различать отдельные слова.

«Наверное, это сумасшедший решил поговорить с морем один на один», – подумала я. Приблизилась ещё ближе и уже смогла рассмотреть внешность возмутителя спокойствия. Это был молодой мужчина лет тридцати пяти, с комплекцией греко-римского борца. Он был одет в чёрный спортивный костюм, был чист и опрятен. Его рыжие короткие волосы на непокрытой голове ярко искрились на солнце.

Он, то пел, то кричал.