Ненавижу и… хочу

С моим ростом в кресле можно было не сидеть, а лежать, и я устраивалась поудобнее, а потом брала на руки сына. Если заходил Лешка, то с удовольствием переворачивал кресло, и мы оказывались на полу – одним хохочущим переплетенным комком.

Сейчас я в нем просто читала. Часами сидела с невыносимо ноющими ногами и руками, и читала до тех пор, пока мозг сам не отключался, погружая  меня в беспокойный поверхностный сон. Наверное, я выгляжу не слишком здорово, хотя сейчас все довольно неплохо. Меня ждет новый год в одиночестве, но зато не нужно думать о том, что есть и где спать.

А еще дома, между страницами книги, лежат две купюры. Я не знаю, зачем взяла их, просто сунула в карман, а обнаружила уже дома: они выпали на старый потертый ковер. Нужно было оставить деньги, что он дал, я все равно не способна их потратить, но это как наркотик. Я, наверное, схожу с ума, но у меня есть маленький памятный альбом из утраченных навсегда мгновений.

Помятый билет на «Анну Каренину». Две фотографии Лешки и Темки, отданные Вадиком.

И две купюры. Три жизненных этапа, три главы умещаются в крошечных конвертах, которые я храню бережнее всего на свете.

– Ау-у-у, Каренина, – Анжела машет у меня перед лицом рукой, – я говорю, адрес дай, сама доеду.

– А… я не знаю адреса, посмотри в гугле. Бизнес-центр «Омега». Он совсем новый, где-то на Ленина.

Девчонки собирают средства и инструменты, а я достаю для них форму. Мне стоит благодарить Вадима за то, что он помог сюда устроиться. В компании есть некий имидж, стандарт.

Мы не грязные и неопрятные приезжие со швабрами, а аккуратные девочки в симпатичных сиреневых костюмах. Пожалуй, в том, чтобы быть уборщицей, нет ничего позорного.

– Бизнес-центр «Омега», бульвар имени В.И. Ленина, тридцать, – читает Анжела. – Фирма «ЛЛ-групп».

– Что?

Из моих рук выскальзывает рубашка.

– Кто владелец?

– Откуда я знаю, кто владелец? – Анжела крутит у виска. – Фирма такая. «ЛЛ-групп». Написано, что занимается недвижимостью.

– О, господи… этого еще не хватало.

– Лиз? Что с тобой? – хмурится Наташа.

Это злой рок? Чья-то изощренная издевка? Многоходовочка Вадима, устроившего меня сюда? Или новый этап мести Леши, узнавшего о моей работе?

Алексей

– Дай, я помогу.

Жанна счастливо улыбается заглянувшему в окно солнышку и тянется к моей шее, чтобы перевязать галстук.

– Тебе обязательно уезжать? Ведь сегодня суббота.

– Обязательно. Мы, наконец-то, переезжаем.