Не прикасайся!

Малейший косяк, ничтожный повод усомниться в идеальности – и несколько месяцев статьи будут пестреть заголовками «Тренер совращает фигуристок» или «Известный тренер связан с миром криминала».

Семейные юристы и один мой личный надежно, за тысячью замков, хранят факты моего прошлого, которые могут бросить тень на тренерский штаб.

И в свете всего этого мысль о том, что я хочу трахнуть Никольскую, совершенно лишняя и даже, я бы сказал, порочная. Не столько потому, что она бывшая ученица, сколько потому, что нельзя хотеть девку, которая даже увидеть тебя не может.

Нельзя цепляться за ее образ трогательной девочки в черных очках, потому что это уже крайняя степень пресыщенности. Когда в твоем распоряжении десятки идеальных, как со страниц журналов, на все готовых девиц, невольно начинаешь хотеть чего-нибудь свежего и легкого.

Но не, черт возьми, слепую же девчонку, которой я гожусь… хорошо, пока не в отцы, но в старшие братья – однозначно!

– Чего задумался? – спрашивает Макар.

– Девку хочу.

– Абстрактную? Или конкретную?

– Конкретную.

– Что мешает?

– Нельзя. Девка непростая, а семья еще сложнее.

– У-у-у… тогда нам всем крышка. Так что ставим новенькой-то? Азаровой, или как ее?

Я вспоминаю статуэточку Елену, пытаясь прикинуть, в каком образе хочу видеть ее на стартах. Мне нравится, когда программы перекликаются, когда короткая и произвольная – не просто два абстрактных танца на льду, а акты одного спектакля.

Лена… Лена… девочка из музыкальной шкатулки. Нет, слишком банально. Надо попробовать вывести ее на приличный уровень, выстрелить с первого сезона, иначе статуэточка отправится работать летом в «Макдоналдс», потому что второй год здесь не потянет, это очевидно. Значит, «Призрак оперы», «Мулен Руж» и прочая попса отменяются. Интересно, если я рискну и мы поставим что-нибудь незнакомое публике, ее примут?

– А давай-ка космической темой развлечемся, – говорю я.

– Космос… Мьюз? Экзогенезис катают через раз, все как на подбор в космических платьях.

– Давай его на произволку. Будет катать зарождение жизни в космосе. А на короткую… на короткую хочу новое. Чтобы или никто не катал, или мало катали. Энергичное, как знаешь: короткая – большой взрыв, эпика в космосе, а произвольная – затишье и зарождение жизни.

– Вот, послушай. – Макар роется в смарте, подбирая мелодию.