Сень. Письма из прошлого века

В особенности сегодня вечером душат меня слёзы, пришла ко мне моя приятельница, я ей рассказывала всё подробно как мама болела, как умерла и как хоронили. Наплакалась и решила тебе написать.

Ты, я думаю, тоже никогда не забудешь этих дней. Дней потери дорогого и родного нам человека.

Я знаю, что все наши родные находящиеся в Ворошиловграде плачут в эти дни. Такие тяжёлые дни, когда не знают они за нас, а ещё страшнее, мы не знаем за их судьбу. От Лёни я давно не имею писем, даже не знаю, получил он деньги мои или нет.

Напиши, Шура, пишет он тебе или нет.

Да, Шура, я пишу тебе письмо, а Вова взял карандаш и бумажку из книги и говорит я тоже дяде Шуре напишу письмо, а дальше говорит – «Каманина 66» – он слышал звон да не знает где он. Замечательный парень – гуляет на улице, одет хорошо с ног до головы. Очень любит «кино». От кого бы не принесла почтальонка письмо – он говорит – от дяди Шуры. Мы все фотокарточки расстановили на столе – так что Вова всех видит каждый день. Очень любит ещё – дядю Лёню.

Говорит – «Он мне летом пилотку привезёт».

Коля всё время в командировке. Сегодня я узнала от работника Крайкома Партии, что их всех командировочных отозвали домой – вернее на работу, а вчера от Коли получила письмо, где он пишет, что сам не знает когда вырвется оттуда. Так что теперь будем ожидать своего батька – Вова только о нём и говорит. Шура, я в одном письме к тебе просила бумаги для писем какой нибудь. Не на чем писать писем.

Шура, ты перестань скромничать, сейчас такое время, что надо напускать.

Пиши Мите, он тебе ответит. Если ты только туда переедешь, то тебе гораздо легче будет. Там всё легче достать (по блату).

Митя от нас уезжал и обещал на следующий раз привезти барана. Шура, мне так хочется, чтобы ты был недалеко от нас. Летом мы бы увиделись, а и так ездил бы в командировку по собственному желанию. Вобщем, Шура, крути колесо, да и когда война окончится, то вместе поедем в Ворошиловград.

Шура, мы живём, хвалиться не буду, но против прошлой зимы, гораздо лучше.

Главное хлеб едим вволю, картофель есть, капуста есть.

Шура, меня интересует и волнует молчание Лёни. Почему он не пишет? Видишь ли ему часто писать нет смысла – уж больно часто меняет местожительства, так например я ему послала фотокарточку, которую он так просил ещё в Ташкент, его там по видимому не застало. Хотя письмо было заказное но не возвратили до сих пор. А он знает наш адрес относительно постоянный.

Шура, тебе надоест читать моё письмо.