Хроники Омура

Милое личико сердечком, обольстительная фигура, обтянутая платьем, хвост с розоватой кисточкой. «Хор-р-роша!» – подумал оборотень, прищелкнув языком.

Тенрион пылких чувств Гарвета не разделял. Глядя на медленно шествующую и изящно покачивающую бедрами очаровательную демоницу, дуайгар…скучал. Не будучи провидцем, он уже заранее предвидел все, что его ждет. «Как это неинтересно!» – думал Тенрион, следя ленивым взором за своей будущей женой.

С равнодушным видом жених выслушал приветственную речь жрецов и повернулся, чтобы принять из их рук браслет первого обручения. И вдруг украшение нагрелось в его руке, обожгло ладонь, отчего Тенрион разжал пальцы. Браслет золотой лужицей расплавленного металла стек к его ногам. Проследив за этим делом озадаченным взором, мир Лассиль краем глаза узрел яркую вспышку и повернул голову.

В сияющих всполохах яркого света в храме возникла разгневанная Муара.

В зале наметилось оживление, сидящие в нем заперешептывались, поднимаясь на ноги. Слово взял сам император Кемиарион:

– Госпожа, на что вы гневаетесь? – учтиво склонившись, спросил он.

– Он знает! – жезл указал на Тенриона мир Лассиля, а молния, сорвавшаяся с него, устремилась вперед.

Демон успел отскочить, в его душе поселилась тоска, изгнав оттуда скуку. Тенрион спрашивал себя: «Неужели все так и закончится?!» И сам отрешенно осознавал, что смерть свою он заслужил, согласившись отдать на растерзание ту единственную, которая пробудила в нем теплые чувства.

– Я готов! – просто сказал дуайгар с сиреневыми волосами.

– Смерть станет для тебя слишком легким наказанием! – Муара развернулась, и молнии с ее жезла ринулись в зал.

Замерли, указывая на двух драконов и одного оборотня, застывших, словно статуи.

Первым опомнился Риарен:

– Разве дело было сделано не во имя Света?

– Люди порождение Нави! – выкрикнул Шервесс.

– Они создания моих детей! – кипя от гнева, сообщила Муара.