Притяжение

И тут прямо перед ней резко разворачивается мужик…

Она со всего хода врезается в него.

Коробки разлетаются во все стороны, пакет с продуктами разрывается, вываливая содержимое прямо под ноги. Весело разбегаются в разные стороны апельсины и яблоки наперегонки – тот ещё натюрморт.

– О! Не-е-т! – простонала остолбеневшая Лялька, с ужасом глядя себе под ноги. – Этого мне только не хватало!

– И-извините, – произнёс растерянно мужчина в мешковатом сером пальто. – Я не хотел.

– Смотреть надо! – зло отрезала Лялька.

– Я сейчас всё соберу, – подобострастно ответил мужчина.

– Ладно уж, – отмахнулась Лялька, достала из сумочки запасной пакет и стала брезгливо скидывать в него рассыпавшиеся продукты.

Мужчина подбирал раскатившиеся в разные стороны апельсины, но они выскальзывали у него из рук.

Ему стоило большого труда их собрать и вручить, наконец, хозяйке.

Но пара яблок всё же плюхнулась из его рук прямо под ноги Ляльке, вызвав в ней очередной всплеск раздражения.

Мужчина присел за яблоками, словно испугавшись чего-то, и очумелыми глазами снизу-вверх посмотрел на Ляльку, даже рот слегка приоткрыл, отчего полные его губы показались ещё толще.

Лялька взглянула на него пронзительно.

– Ну, что вы там копаетесь?

Раздражение на этого помятого нелепого мужика росло с каждой потерянной секундой. Не могла она позволить себе войти в кабинет позже своих подчинённых хотя бы на минуту. Она годами выстраивала авторитет непогрешимой леди! И вот он мог лопнуть в одно мгновенье!

Лялька вырвала из рук остолбеневшего мужчины яблоко и энергично направилась к выходу.

А он так и остался стоять, глядя ей вослед, будто совсем забыл, куда и зачем шёл.

Ну, конечно, она опоздала!..

На целых пять минут!

Влетела, словно фурия. Сотрудницы, в её отделе работали только женщины, глаза опустили долу, пряча довольные ухмылки за озабоченно сдвинутыми бровями.

«Ну вот! – подумала Лялька. – Стоило только чуть-чуть оступиться, как сразу же началось.

Даже секретарша смотрит непозволительно ехидно! Улыбочка какая-то кривая! – Накручивала себя Лялька. – Но надо держать „лицо“. Пусть только посмеет кто-нибудь. Хоть словом. Хотя бы намёком…»

Она готова была стереть в порошок всех и каждого.

Лялька внесла себя в свой отдельный кабинет, как вносят дорогую вещь, побросала покупки в шкафчик, и вызвала к себе секретаршу Машу, застенчивую девушку с лицом, усыпанным угрями.

– Слушаю, Лилия Васильевна.