Под северным небом. Повести и рассказы

Теперь его шибко уважают. Даже построили деревянный дом. Он редко в нём бывает. Зимой и летом кочует со стадом оленей. Проживая в доме, ставит в комнате чум.

Когда время подошло ко сну, тунгусы оставили Игната спать на оленьих шкурах, а сами удалились в соседний чум. Там состоялся семейный разговор.

– Отец, что будем делать с пришельцем? Власти требуют беглецов выдавать. Если узнают, что мы его скрываем, нас арестуют.

– Скажем, что везём сдавать, но ещё не доехали.

– За поимку беглецов обещают мешок муки или винтовку.

Можно привезти только уши беглеца.

Предложение сына возмутило отца, и он спросил:

– У тебя нет мяса?

– Есть!

– У тебя нет муки?

– Есть!

– У тебя есть дети?

– Нет.

– Думай головой, а не языком.

Юрген женат третий год на двоюродной сестре, но Алана ещё не родила ребёнка. Обычай тунгусов допускал в таких случаях связь с чужим мужчиной.

В разговор вмешалась Иладина:

– Игнат, однако, хороший человек. Рыбу умеет ловить.

На следующий день тунгусы покидали стойбище.

Мужчины запрягали оленей, женщины разбирали чумы, Игнат помогал женщинам.

Берке развязал сыромятные ремни на одном из тюков, достал свою запасную одежду и протянул Игнату:

– Переоденься.

Игнат разделся до трусов. Его крепкое, мускулистое белое тело приятно ласкали лучи жаркого полярного солнца. Ему хотелось позагорать, но гнус заставил торопиться с переодеванием. Широкая сатиновая рубаха оказалась впору, а вот брюки не подошли. Пришлось остаться в казённых шароварах. Он снял растоптанные ботинки, перемотал портянки и обул мягкие сапоги до колен из замши, называемые саары.

Кафтан из ровдуги оказался тяжёлым и неудобным в ходьбе. На голову надел меховую шапку, сшитую по форме капора. Казённую одежду следовало бы сжечь, но времени на разведение костра не было. Он отошёл в сторону, разгрёб руками толстый слой мха и закопал арестантский гардероб: ботинки, куртку, фуражку.

Когда подошёл к запряжённым оленям, взоры всех эвенков были направлены на него.

– Настоящий эвэнкил, – произнесла Алана.

– Если убрать бороду и немного укоротить, – ответил ей на родном языке Юрген.

Караван оленей, называемый аргиш, тронулся в путь. Вернее, у каждой семьи был свой аргиш из пяти нарт. Упряжка оленей везла по одному человеку. На других нартах лежали чум, скарб и продукты. Впереди шёл табун оленей. Складывалось впечатление, что не люди гонят табун, а олени ведут аргиш за собой. Собаки следили, чтобы какой-нибудь олень не отбился от стада.