Молитвы Розы

Роза может и начитанная, но жизнь с Татьяной ничему ее не научила.

Да я знаю, давно нам нужно было поговорить, ты многое вытерпела. Без матери не легко растить дочь, и дочери не легко расти без матери. Но ведь никогда не поздно исправить все, он в задумчивости потирает лоб продолжая в голове искать выходы. Я не смогу отказаться от обещанного, Василий не умолчит позор будет на всю семью…

«Не на всю семью а на тебя, только тебе будет позор, ты проиграл дочь в карты, про себя отвечает Роза, пока отец говорит, многое из этого она пропускает из сказанного.

Я сбегу, сбегу, и всем будет хорошо».

… слышишь меня? – Георгий видит бегающие по ковру и стенам глаза Розы, и понял, что она больше не слушает. Роза! он берет обеими руками ее лицо приближает к своему лицу и утыкается лоб в лоб с ней, не позволяй больше никому тебе говорить подлости. Ты наверно меня никогда не простишь, я знаю, ты злопамятная, вся в мать пошла, она годами поминала все плохое.

Но ты хоть постарайся меня понять. Возможно, Семен будет тебе хорошим мужем, а если плохим, я тебе в обиду не дам.

Роза запомнит этот вечер до конца жизни. Большие крепкие руки отца будут греть ее щеки, уши, вески в самые тяжелые дни жизни.

«Может и прощу, но не забуду… все ровно сбегу».

Георгий выходит тяжелыми шагами из комнаты. Этот высокий человек с огромными плечами превратился в сутулого гнома от груза на сердце. А больше всего подавляло то, что он даже не просил дочь исполнить его долг, он поставил ее перед фактом, не усомнившись что она исполнит.

Глава 5

Александридовым Георгий был не всегда. Настоящая, родовая фамилия Георгия Александридис. Когда его дедушка, семнадцатилетний Ираклий с матерю и с младшим братом, во второй половине 19 века был эвакуирован русскими из Османской Турции. Маршрут этой волны переселения не отличалась от предыдущих, например после русско-турецкой войны в апреле 1828 года.

Разница была только в способе переселения, по морю или по суше. Ираклий с родными через Карс – Гюмри – Тбилиси – Цалка, где заселенные греки и армяне давали населенным пунктам одноименные названия своих деревень откуда вынуждены были бежать. Еще больше века эти населенные пункты в Грузии сохранят свои названия пока современное руководство страны не примет решение о переименовании. К тому моменту, греков там останется совсем мало.