Яблоко возмездия

 – Больше такого не повторится, Геннадий Васильевич!

– Конечно, не повторится, – усмехнулся начальник, – вам при ваших обстоятельствах не захочется получать половину зарплаты, как в этом месяце.

– Как… половину зарплаты? Я же… кредит ведь… простите!

– Надо было думать раньше, Марина. Вы знаете, я работаю только с дисциплинированными людьми. И прощать мне вас не за что.

Как ему удавалось? Говорить людям гадости, даже не повышая голоса.

– Это все-таки я виноват, – вмешался Денис.

Разошедшийся властелин замечательной корпорации тут же резко повернулся к нему.

– К вам никаких претензий, молодой человек. До подписания контракта, разумеется.

Хотелось крикнуть в лицо: «Никакого контракта не будет!», но зарплату ведь обещали очень хорошую. И эта Марина явно дорожит своим местом, несмотря на такое обращение.

А начальник уже излучал море очарования:

– Кстати, хотел спросить у вас как у нового, так сказать, свеженького человека: как вам наше название? Тем более вы работали в нашей дочерней фирме «Эппл Мизерабль».

«Вот оно что! – пронеслось в голове. – Интересный расклад».

– Мне кажется, очень хорошее, звучное название, – вежливо ответил стажер.

– Вот-вот! – закивал важный дяденька. – И значение такое прекрасное: чудеса. Людям сейчас как никогда нужна вера в чудеса.

– Какие еще чудеса? – вырвалось у Дениса.

– М-м? – тут же вопросило начальство. Вот кто за язык дергал? Ум свой показать хотел? Теперь отвечать надо, не отвертишься, блин.

– «Мизерабль», кажется, переводится немного по-другому.

– Да? – Брови Геннадия взлетели. – И как именно? Ну, говорите, говорите.

«Придется, видимо, сегодня искать другую работу. Ну и пусть. Лучше уж сейчас, чем после трех месяцев испытательного срока».

– Совершенно точно не чудеса. – Незадачливый менеджер старался говорить спокойно и с достоинством. – У этого слова несколько значений. Есть «жалкое существо», «ничтожный человек», а может употребляться и как «негодяй».

– Значит, негодяй…

В офисе повисла тишина, такая мертвая, что даже дышать все боялись.

– Браво, дорогой. Вы первый, кто открыл мне глаза на страшную правду. Не чудеса, а негодяй. Какой ужас! Но боюсь, мы уже ничего не сможем сделать. Это название полюбили наши клиенты, да и вообще русскому человеку галлицизмы почему-то приятны.