Бабочка белой луны

Кот был помесью персидской мамы с кем-то ещё, пожелавшим остаться неизвестным, но наградившим дитя чудесной мордочкой. Плоские физиономии, как у чистокровных персов, Таре не нравились. А эта удлиненная, выразительная мордочка с внимательными янтарного цвета глазами сразила её наповал.

Это чудо не могло оставаться Зайцем (так звала кота прежняя хозяйка). Славка заявила с порога, что назовет кота Альбусом, потому что он белый. Но у кота было собственное мнение на этот счёт, и на Альбуса он не отзывался, даже ухом не вёл.

Имя Персифаль постигла та же участь.

И так долгое время кот оставался безымянным, пока однажды, растянувшись на диване между Тарой и Славкой во всю свою длину, подставляя под их восхищенные взгляды и ласковые почёсывания то один бок, то другой, то розовый, просвечивающийся сквозь шерсть живот, он не услышал в свой адрес сотый по счёту комплимент: «Ах, как он грациозен!». Слово «грациозен» привлекло его внимание, кот поднял голову, стоящие торчком уши выдали его заинтересованность.

– Грацио! Грацио! – для пробы позвали кота поочередно мама и дочь. И тот повернул голову вправо, одобрительно взглянув на Тару, а затем влево – на Славку. Имя Грацио плавно трансформировалось в Горация, и кот не возражал…

Сонная Тара автоматическим движением открыла дверцу холодильника. Отодвинула банку паштета, достала пакет и налила молоко в одну из половинок, сделанной в виде восьмёрки, кошачьей миски.

Гораций по обыкновению боднул её руку, и часть молока разлилась белой лужицей на полу. Вот так всегда! Не везет!

Во вторую половину миски Тара насыпала сухой корм. Эта кошачья миска с нарисованными на ней весёлыми рыбными скелетиками досталась Горацию в приданое от прежней хозяйки.

– Может, получится доспать? – с робкой надеждой подумала Тара и натянула одеяло на голову.

Ничего из этого, конечно же, не вышло.

Поворочавшись, Тара опять включила торшер. Весь стол усыпан белыми повядшими кудряшками-лепестками, а из высокого узкого горлышка бутылки сиротливо торчит голый стебель. Сегодня она выбросит последнее напоминание о недавно прошедшем дне рождения.

Эту хризантему Тара купила себе сама. Когда в подарке от Славки она обнаружила страшно дорогую растирку от радикулита, то чуть не расплакалась.