Легенда Провидца

Вот так, уже неделю спустя, он открыл для себя несколько неприятных сторон Ванессы, которые теперь позволили смотреть ему на нее как на самую обыкновенную женщину, длинные ноги и необычная прическа которой вовсе теперь не казались ему такими привлекательными, а взгляд, дерзкий и немного по-ребячески задорный, не так сильно хотелось встретить на себе.

Она удалилась на кухню, не сказав ему больше ни слова, а посему он решил, что, в принципе, был волен действовать так, как посчитает нужным. Но какое поведение в такой ситуации будет правильным? И как не ляпнуть лишнего при первой же встрече? На ошибку права у него не было, поэтому Дэн решил подумать, хотя бы в течении какого-то времени, с чего начать разговор с Морган.

Он сел за стол и начал тихонько тарабанить пальцами по нему, но затем осознал, что уже больше уделяет внимания отбиванию ритма, нежели чем нужным мыслям. Примерно в то же время к нему пришло резкое чувство голода, и внезапно он понял, что не ел с самого утра, потому как во время обеденного перерыва предпочел только выпить чашку сладкого чая с парочкой печеньиц, чувствуя, что его организм не может тратить энергию на плотный прием пищи, потому как бросал все силы на "гранит науки".

На протяжении всей недели обеды и ужины обитатели "резиденции Мэтчерса" заказывали в одном из ресторанчиков Двадцатки, поэтому Дэн решил не изменять сложившейся традиции, и заодно таким образом, то есть во время ужина, завести беседу с Трэйси Морган. Время на часах как раз подходило к семи.

Глеб и Ванесса уже обувались в коридоре. Спросив у приятеля номер полюбившейся ему вьетнамской кухни (блюд которой он отродясь до прошедшей недели и не пробовал), а также номер врача, который должен был приехать на ночную смену, и закрыв за ними дверь, он начал подниматься наверх. Однако, с каждой ступенькой, на которую ступала его нога, решимость в правильности своих действий в нем падала.

Захочет ли она вообще есть? А если захочет, то вдруг его компания будет ей вовсе не нужна?

Дойдя до нужной двери, Дэн негромко постучал.

Она была ничуть не похожа на больничную палату, однако у любого вошедшего в нее, можно было принять ее именно за это место. И дело было вовсе не в обстановке, которой, кстати, наверняка занимался какой-нибудь известный дизайнер интерьера. Комната будто бы обладала самой аурой болезни и тоски, ее неизбежно сопровождающей.