Поиску Нет Конца

Молитвами до темноты

не предотвратишь беды

через край

(Завтра на пороге храма —

тело с колотою раной…)

Ну, бывай.

    Майская среда 2009, 18:03

БЕГЛЯНКА

<Напев о мистическом возвращении>

Пусть грядёт нищета и голодная смерть —

А я всё равно от него убегу!..

И тело, почти на меня не похожее,

Найдут по весне где-то в талом снегу.

Он вздохнёт с облегчением: «Слава богам,

Эта дурочка больше уже не в бегах».

Он давненько, сдаётся, легко не дышал —

Неизвестность мешала ему или страх.

А вот мне не видать плакальщиц и цветов:

Моя жизнь упрямо задержится здесь, и,

Встав, я сделаю пару неверных шагов.

Сердце снова забьётся – в мелодии мести.

Отыскав его дом, я без стука войду —

Разбежится челядь в ужасе суеверном.

А потом – я ему в глаза посмотрю,

Тогда он с ума сойдет сразу, наверно.

    09:17, 14.05.09

МАЙСКОЕ

Я не дослушала

вашего смеха —

Меня вырвали с корнем

слишком рано;

Я была всего лишь

досадной помехой,

Вопросом спорным,

саднящей раной.

Мне пора бы в путь:

брести на ощупь

И седые пряди

стягивать в узлы.

Не продохнуть —

газ вокруг всё слаще.

На дорожку сядем:

вы ещё мне нужны.

    2009

ИЗБАВИ, БОЖЕ

Невыносимо тяжек груз

Кошмарно невзаимных чувств.

    21:04, 29.10.09

ГОДОВЩИНА

Когда нас впервые свела судьба,

Мы оба томились в списках резервов:

Мне было уже целых двадцать два,

Тебе намечался год двадцать первый.

Мы вместе так страстно искали идеи,

Нам было бы впору начать задаваться,

Но мы, как назло, только молча сидели —

И это в наши с тобой «за двадцать»!

Без скандалов и драм, не касаясь руками,

Мы с тобой тихо жили одной любовью,

Мы костями нашими и мечтами

Всё топили хищную мира жаровню,

А потом мы встали: к спине – спина,

И клялись мы вечно друг другу сниться,

Безуспешно желая, чтоб боль умерла —

И это в наши с тобой «за тридцать»!

Я решительно к югу вперёд пошла;

Без оглядки пошёл ты вперёд, на север.

Нам уже не облечь свою грусть в слова,

Каждый вдох наш сомнением будет прерван:

Может статься, мы поступили неверно —

С того странного дня мы ведь живы едва?

Но тебе намечался год тридцать первый,

А мне было уже целых тридцать два.