Северное сияние. Сборник рассказов и стихов

Воду носили в алюминиевых бидонах. Потом монотонная, изнурительная работа, связанная с чисткой картошки, мытьём полов в столовой, посуды на камбузе. И всё надо было сделать чисто, аккуратно и вовремя. Признаться, нарядов на камбуз мы всячески старались избегать. Бежали от них, как чёрт от ладана. Этим в полной мере пользовался наш старшина роты Громов. Он имел воинское звание главного корабельного старшины и прозвище Гром. Ему нравилось наказывать нас нарядами на камбуз вне очереди. Чаще всего были наказания за опоздания в строй после утренней побудки.

Чуть замешкался во время подъёма – наряд на камбуз тебе обеспечен! Потом мы с соседом по койке приспособились: я клал под подушку часы (спасибо родителям за подарок!), и Сергей, который обычно просыпался раньше, будил меня за пять-десять минут до команды дневального «Подъём!».

В первые дни нашего пребывания в экипаже вставать по этой команде в шесть часов утра было просто невыносимо. «И кто это придумал в армии и на флоте такую раннюю побудку?» – в душе возмущался я.

С Сергеем мы подружились и иногда, в свободное от учёбы и нарядов время, по вечерам ходили на сопку, где подолгу болтали, прислушиваясь к шуму, доносившемуся со стороны моря. «Вот оно, море, совсем близко – рукой подать! – думал я. – Но как пройти через КПП?»

До принятия военной присяги выходить за пределы экипажа без сопровождающих (из матросов караульной роты) нам было запрещено.

– Чем опечален? – увидев меня как-то вечером в казарме, спросил Юра.

Я рассказал, что слышал шум моря…

– Не печалься, – улыбнулся брат. – Схожу и попрошу золотую рыбку, авось поможет!

Юра рассказал, что двое ребят из его взвода ходили на берег Татарского пролива и на скале оставили свои визитные карточки в виде нацарапанных алюминиевыми ложками своих фамилий и откуда родом.

– И что им было за самоволку? – поинтересовался я.

– Сначала грозились объявить по трое суток гауптвахты, а потом дали по три наряда на камбуз.

– Согласен! – вырвалось у меня.

– Один пойдёшь?

– Нет, с Серёгой. Одному страшновато…

– Тогда планируйте поход на воскресенье. Меня поставили в наряд дублёром контролёра по КПП. Воскресенье – день увольнения для караульной роты. Надеюсь, проскочите.

И мы проскочили! До моря шли молча, быстрым шагом. Это была моя первая и последняя самовольная отлучка за всё время службы в ВМФ.

Сердце билось учащённо.