Научи меня радоваться, ба!

Здесь не было старого фикуса в большом пластиковом кашпо, стоявшего на подоконнике несколько лет и ожидающего редкого света утреннего луча, чтобы обрадоваться ему. Не было и хлопающих дверей, запахов жареной яичницы с салом и дешёвого кофе, стука чайной ложечки о край бокала, звуков поднимающегося и опускающегося лифта, отправляющего из многоэтажного дома всех тех, у кого рабочий день начинался так рано.

Едва-едва колышется тонкий тюль, отделяющий его от неё.

За ним Он готовится к встрече. Он готовится, потому что знает, что сегодня они непременно встретятся. Она просто ждёт. Ждёт, когда откроется занавеска.

– Мне кажется, что если я сейчас прикоснусь к тебе, ты исчезнешь, как всегда… – Её рука незримо тянется в желании дотронуться до кого-то невидимого.

– Не бойся… – слышится его голос.

И Она прижимается к нему вся, впервые не боясь, что Он, как прежде, исчезнет. Потому что ей очень тепло и радостно от того, что Он рядом.

И в эту минуту совершенно неважно, исчезнет ли Он после этой их встречи…

Даже когда солнечный луч решит, что пора разбудить её, и Он исчезнет, это ощущение радости останется с ней… И когда Она откроет глаза, будет тепло и радостно, как в детстве. Поэтому она не боится, что он исчезнет и прижимается к нему вся, будто впечатывается. Сливается…

– Я хочу посадить тебя в карман на груди и застегнуть на молнию.

 – Его голос вселяет уверенность в том, что именно так и бывает.

– Это и есть любовь?! Я ведь тоже всегда так думала и представляла… – От понимания того, что она не ошиблась, нестерпимо хочется близости.

Она кладёт голову к нему на плечо и умещается в большом уютном кармане на его груди.

– Побудь со мной, пока солнечный луч, который в это время года редко заглядывает в твоё окно и который сегодня необычно радостно прыгает по подоконнику, не разбудил тебя, – шепчет Он.

Его губы касаются шеи и находят пульсирующую жилку.

– Я побуду недолго… Я есть… Я живая… – Это её внутренний голос соглашается с биением его сердца.

Тонкий солнечный луч, который в это время года особенно редко попадает в окно, несмело коснулся её щеки, решив, что пришло время будить.

Она открыла глаза и запомнила всё.