На поле брани. Эпизоды и рассказы из первой половины нынешней войны

Молча, сосредоточенно стоят молодые солдаты; выровнялись рядами на площадке перед старинным храмом, тихо все…

А душа рвется нарушить эту тишину, проявить свой пыл…

Забили барабаны в поход. Неожиданно для всх, распахнулись широкие двери храма, и оттуда потянулась золотая лента крестного хода.

Затрепетали под дуновением ветерка шелковые хоругви, запел согласно хор певчих, на ступенях храма показался пожилой священник. Он спустился к стоящему перед полком молодому командиру, но уже испытанному в боях полковнику и, подавая ему большой серебряный крест, проговорил трогательно.

– Вот вы все идете на великий подвиг, на борьбу с неприятелем, объявившим войну нашей родине. Ваш полк только что сформировался, народился… Как каждого рожденного в мир человека наша святая церковь воспринимает и благословляет крестом, так и я благословляю вас, воины, ваш новорожденный полк этим крестом, носите его с собой и храните. Да будет он благословением вам от Русской Земли и да спасет он вас от бед и напастей.

Как офицеры, так и солдаты слушали это трогательное напутствие со слезами на глазах.

– Тот прежний полк, из недр которого народился ваш, в настоящее время уже в боях. Он ушел отсюда с развернутым знаменем при звуках труб. У вас же нет их. Пусть же вместо звуков последних вас сопровождает церковное благовестие.

– Дети мой, – воскликнул растроганный священник, – церковные колокола радостно, как в день святой Пасхи, зазвонят вам вослед. Пусть этот звук сопровождает вас всегда, он будет призывным к победе и напомнит вам об оставленных вами здесь близких.

По знаку священника с колокольни раздался торжественный трезвон колоколов, они звонили, точно в Пасху. Звонкая медь переливалась, звуки ее далеко летели через реку, пропадали где-то там далеко, в лугах, висли здесь в старинной роще и красивым гармоническим аккордом отдавались в стенах полковых зданий.

Точно один крик, вырвалось из этой многотысячной толпы громогласное «ура».

Во всей этой картине было необычайно трогательное, глубоко западавшее в душу настроение. Если и было у кого-нибудь уныние, так оно в эту минуту исчезло, как отлетает темная тучка с лучезарного небосклона.

За обедом у императора

Император перенес свой штаб в Люксембург, но не остановился в самом городе и не занял ни одного из городских помещений.