Оживут разрушенные храмы

«Набежали грозовые облака…»

Набежали грозовые облака,

Смотрят хмуро и сурово свысока.

Чем там люди занимаются опять,

Неужели прекратили воевать?

Нет, по-прежнему вовсю идёт война

И от крови вся земля уже черна.

От пожарищ расстилается дым,

Кто был молод, тот до срока стал седым.

Хмурит брови батюшка – Днепр,

Вкус воды его горек и терпок.

Растерзало Украину вороньё,

Хочет царство обустроить своё.

И не жаль воронью никого:

Ни чужого, ни даже «своего».

Всех уложит в один братский ряд,

За кого воюешь, солдат?

Что заморский тебе ворон обещал,

Когда землю твоих прадедов терзал,

Когда когти запускал в твою казну

И на части рвал любимую страну?

Когда брата на брата натравил,

Одурманен ты вороном был.

Он обманом живёт и разбоем,

И питается плотью чужою.

Набежали грозовые облака,

Смотрят хмуро и сурово свысока.

Белоснежными им хочется стать,

Когда люди перестанут воевать.

04.

«Я стала избегать скопления людей…»

Я стала избегать скопления людей -

В них разных энергетик много.

В миру немало прижилось чертей

И все как будто верят в Бога.

Я стала избегать скопления людей,

Там душно, нет душе простора.

Там, как среди взмыленных коней,

Которых непрерывно гонит шпора.

Призывов громких стала опасаться,

Они так часто не туда зовут,

Что нужно будет очень постараться,

Чтобы из лживых выпутаться пут.

Истине не требуются крики,

Она без них проложит себе путь.

Среди толпы, шумящей и безликой,

Теряются и цель, и сама суть.

А истина и суть сейчас на фронте:

Там молча, зубы, сжав, на штурм идут

К победе, что видна на горизонте,

К победе, той, что миром ждут.

На фронте смерть порой беззвучно

Ежеминутно достаёт.

Там человек молчать научен

И на рожон он не пойдёт.

Там знает рядом друг без слов

Куда идти, что надо делать.

Там жест понятен и весом,

И от врага не будут бегать.

Там знают цену хрупкой жизни,

Делам, поступкам и словам.

До крови, молча, зубы стиснув,

Бьют непрерывно по врагам.

И потому я стала избегать

Скопления людей, призывов громких…

Я в молчаливой скорби вижу мать,

Держащую на сына похоронку.

Я вижу тех, кто, молча, помощь шлёт,

Везёт, спасает, делом утешает

И, где толпится без толку народ,

Их нет, им времени на это не хватает.