Глазами смерти

Люди в белых халатах уложили девушку на носилки, и погрузили в машину.

Утром она узнала, что ее жизнь в безопасности, но ребенку не повезло. До конца своих дней, сколько бы девушка не хотела, ей не видать детей. Правда, врач успокоил, сказав, что в нашем мире это не ново и всегда можно взять из детского дома. Но девушка была безучастной. Девушка была далеко. Девушку хоронили заживо…

ЯЗЫК ЖЕСТОВ…

Сейчас время такое каждый норовит научить, поучить, оскорбить, подшутить. Мне ** лет. Но в душе мне всего 16.

Я люблю гулять по ночам. Учиться новому. Например, сегодня, я учу язык жестов. Мне давно хотелось его изучить. Понимаешь, это важно, потому что людей на свете очень много, а понимания так мало. Я учу буквы: «ы» и «у». Они похожи на козу, которую показывает рокер на концерте, и, на человека, который прислонил большой палец к уху, а мизинец ко рту, чтобы спросить: какой телефон. Жесты это нечто. Я работаю по 8 часов в день без выходных и праздников. Я поставил перед собой цель: выучить английский язык. Когда ты работаешь на себя – возможно все. Но это ширма. На самом деле мне ужасно одиноко. Да. В ** лет, можешь представить, мне одиноко. Девушка, которую я, как мне кажется, люблю, живет далеко, и, наши встречи это манна небесная. Друг, которого я знаю больше ** лет, стал материалистом. Это не плохо. Но мне его не хватает. Все вокруг внезапно выросли. Это так быстро произошло, что я и не заметил. Не успел я вернуться, как все обернулось крахом. Что за жизнь? Каждый год преподносит новые и новые обстоятельства. Все чаще я становлюсь заложником религии запрещенных приемов: «мы уже взрослые, чтобы тратить время на глупости». «мне нужно выспаться, чтобы не спать на работе». «ой, я не могу потому что я хочу посидеть дома и лечь раньше спать». Как же меня бесят эти нытики…

Я называю их старики и старухи. А они обижаются и больше не зовут меня в свой дом.

Возможно дело во мне. Я не принял правила этой игры. Но все начиналось так хорошо. Мы могли делиться всем от первого поцелуя до первой разлуки.

Мы могли говорить обо всем. А потом возникли тайны. А потом возникли эти разговоры за спиной. То, что мы же призирали, стало вдруг культом взрослости. Не понимаю. Мы дрались. Мы отмечали победу, мы плакали, когда терпели неудачи. Но шли дальше, а теперь все чаще мы не делимся победами, не распыляемся о неудачах. Мы вообще перестали друг с другом говорить. Это бич моего времени. Я все так же делюсь с вами всем наболевшим, вы все так же молчите со мной.