Поцелуйный обряд

Перед самым уходом Настя заглянула в комнату отца, поскольку не знала, когда он вернётся с очередных встреч с партнёрами, которых сегодня было три, хотя сама не планировала гулять долго. Она осторожно постучалась в приоткрытую дверь и зашла внутрь. Эту комнату она считала самой уютной во всей квартире, хотя в ней почти ничего не было: тёмно-коричневая двуспальная кровать, такая же прикроватная тумбочка, на которой расположились иконы и две красные, уже потрёпанные книжки, одна из которых была молитвословом, а другая – Евангелием, шкаф и письменный стол.

Здесь были серые стены, как и в прихожей, и паркетный пол. Владимир в деловом костюме сидел на кровати, складывая необходимые бумаги в кожаный портфель.

– Ну, собралась ли,– сказал он, увидев её.

Мужчина подошёл и приобнял дочь. Он уже много раз пытался поговорить с ней, помочь справиться с унынием, но девушка не хотела открываться. Он старался быть терпеливым и заботливым, чтобы дочь знала, что её любят, и его двери всегда открыты для нее.

– Спасибо за одуванчики, мне очень приятно.

– Было бы за что. Ну всё беги, а то Ксюша тебя уже заждалась, наверно. Не знаю, когда вернусь, но если что звони,– он улыбнулся и поцеловал её в щёку. Она ответила тем же.

Выйдя на улицу, девушка почувствовала пустоту внутри себя. Неприятное ощущение, как если бы вместо грудной клетки у нее был холодный и сырой ящик.

– Наконец-то, я уж думала состарюсь,– сказала Ксюша, закутываясь в чёрно-белый пиджак и поправляя ворот тёплой водолазки.

Настя не обратила на это внимание, лишь посмотрела в сторону своего окна, туда, где сегодня ночью стоял тот парень, он так и не выходил у неё из головы.

Серые тучи укрывали город от прямых солнечных лучей, словно отгораживая его от остального мира. После ночного ливня дороги блестели от воды, дул сильный ветер, воздух был влажный и прохладный. Такая погода свойственна Петербургу, многих она отталкивает, но не становится от этого неприятной.

Она дополняет этот город, делает его загадочным и доступным не для всех: яркие краски тускнеют, блеск позолоты исчезает совсем, а изящные орнаменты и украшения мимикрируют под трещины, пятна, коррозию. Лишь люди с встроенным в глаза рефрактометром способны обнаружить подлинную красоту города. Фасадный Петербург завораживает, его хочется рассмотреть, понять, прочувствовать. Каждое здание имеет свою особенность, но при этом сочетается со всеми остальными.