Триста миллионов спартанцев

И, к слову говоря, если уж вы хотите быть консеквенциалистами, так будьте уже ими до конца: к примеру, если рядом не нашлось подходящего толстяка, то соберите на улице четырех случайных людей, которые первыми попадутся вам под руку, да и сбросьте их всех под этот чертов поезд – вы же пятерых спасете, а значит, цель оправдывает средства? Или найдите даже пятерых, но чтобы один из них был убийцей и заслуживал смерти – и тоже сбросьте его на рельсы, а остальных – за компанию; и это также будет поступок этичный и корректный, следуя вашей логике, не так ли?

– А что, если тебе нужно украсть у кого-то инструмент для того, чтобы перевести стрелку? И, допустим, по каким-то причинам ты никогда не сможешь вернуть его владельцу? Ты и тогда предпочтешь не совершать преступления против свободы этого человека, и лучше позволишь пятерым погибнуть? – это был тот же самый голос, и на этот раз в нем прозвучала откровенно издевательская интонация.

– Разумеется, нет, – сухо ответил юноша. – То преступление, о котором ты говоришь – это преступление против собственности, и оно абсолютно несоразмерно тому преступлению, которое мы хотим предотвратить.

И, конечно же, это не математика, и здесь нет и не может быть никакой формулы, которая позволила бы точно определить эту несоразмерность – и потому человек, принимающий решение, должен руководствоваться здравым смыслом.

– Друзья, я думаю, на этом мы можем на сегодня закончить, – в очередной раз перебив спорщиков, примирительно обратился ко всем профессор, подводя итог всему разговору.

 – Но, учитывая ваш интерес к теме, я бы выделил на нее десять-пятнадцать минут на следующей неделе – возможно, мы могли бы даже устроить что-то вроде небольших дебатов…

Эта лекция была последней, и после того, как Лассманн попрощался с ними и покинул аудиторию, она наполнилась привычным для окончания учебного дня оживленным гулом.

Хмурый молодой человек, который рассказывал историю про двух корабельных офицеров, задержался в дверях, явно дожидаясь кого-то.

Через несколько минут к нему подошла привлекательная рыжеволосая девушка; она улыбнулась ему – пожалуй, несколько натянуто – и они вышли из аудитории вместе.

– Откуда такие энциклопедические познания о «Титанике»? – спросила она, когда они спускались по боковой лестнице на первый этаж.

– Читал как-то книгу о нем. Это была документалистика, но она написана, как очень хорошая художественная повесть. Если хочешь, принесу тебе.

– Нет, спасибо, Ян.