Гетера. Любовный роман

Если надеть на тапочки бахилы, можно, конечно, добраться туда и обратно без последствий, в противном случае ничего не остаётся, как шлёпать по зловонной жиже, которая потом разносится по коридору и палатам.

Насилие? Не верьте! Страшилка! Зачем, если за две-три сигареты желающих удовлетворить вожделение какого-нибудь дебила-санитара и так хоть отбавляй. Соответственным образом, только дороже, от притязаний можно и откупиться.

Ангелика приходила каждый день: запастись чем-то впрок было совершенно нереально, крали, отбирали всё, что только возможно.

Холодильник? О чём вы? При таком-то «коммунизме»? К чему? Устроить очередной Бермудский треугольник? Их там и так пруд пруди.

Ангелика совала деньги медсёстрам, санитарам и санитаркам, тихо, но очень убедительно о чём-то с ними беседовала, но это не всегда спасало. Если уже через несколько часов после её ухода я оставалась без того, что она приносила, то легко могла нарваться на укол, наглотаться таблеток, и тогда память как отшибало.

Если возникало подозрение, что вы только делаете вид, что таблетки глотаете, а на самом деле потом незаметно их выплёвываете, вам могли расковырять весь рот грязными или наманикюренными (в зависимости от пола) пальцами, а потом с победным криком, найдя искомое, всадить вам взамен укол. Неважно чего. И бесполезно допытываться, чем вас лечат, это вообще тайна из тайн, а излишнее любопытство заканчивается, как правило, двойной дозой. Куда проще знать некоторые незамысловатые хитрости: например запивать таблетки молоком – ищи потом чёрную кошку в чёрной комнате, то бишь белую таблетку в белом кефире или молоке.

Но самое страшное – это зараза: вши, грибок, «тубик» (туберкулез), любой из гепатитов на выбор, а то и все сразу, полный комплект.

Собственно, рассказывать можно и дальше до бесконечности, но – что самое странное – когда перед отъездом я решила оживить в памяти свои воспоминания, пройдясь по местам «боевой славы», медсестра, которую я упросила быть моим Вергилием, с ловкостью фокусника упрятав (я даже не поняла куда) сунутую ей денежку, провела меня по маршруту, не имеющему ничего общего с тем, что был в моих воспоминаниях.

В чистых просторных палатах мужчины играли в домино и шахматы, читали, женщины вязали, смотрели телевизор. Конечно, все ходили обколотые, заторможенные, порой даже по стеночкам, но туалеты были вполне приличные и даже можно было каждый день принимать душ.