Дорога горлицы и луня

Никогда подруга ее не была в таком страхе и смятении!

– Агафия, я за ключами в горницы полезла, да меня старуха приметила. Так я здесь и очутилась.

– Бортэ, почему нельзя сделать то, о чем просят? Мы пытаемся спасти чадо слабое, а не причинить всем людям и волколакам зло великое! Не можешь хорошо – иди к Воику на лавке сидеть, хоть там ничего не натворишь. Эх! Да кабы не ты!..

Кередка приподняла удивленно брови. Что случилось? Разве могла княжна вспылить так?

– Ага. Из-за меня в плен к Ягине ты попала? Из-за меня вянем мы в Беркуте? Из-за меня ушла ты из Светлоровска?

– Поминай старое.

Оно нынче как корове седло!

– Не понимаю!

– А ты рот закрой да подумай – хоть раз! Не в своей юрте прихорашиваешься – здесь все сильнее и злее. Не хочу помереть оттого, что одним путем с тобой по жизни иду!

– А коли такая умная – дай уйти отсюда. А потом я уж выберу себе другую дорожку, – сказала Бортэ, встав с кровати и направляясь к двери.

Агафия услышала, как обозленно застучала кередка каблуками сапог по половицам, и заметила наклон головы решительный.

Княжна как от удара вскочила и, бросившись к подруге, обняла ту сзади крепко-крепко. Глаза расширились у Бортэ от удивления и неожиданности. Дыша тяжело у самого уха, платком зеленым скрытого, Агафия сказала, словно взмолилась:

– Прости! Смилуйся… Ты хорошая, ты умная! Как без тебя? Не знаю…

Кередка прикрыла глаза, улыбнулась, откинула голову назад и положила свои ладони на руки подруги.

Вдруг дверь отворилась, и обе девицы вздрогнули.

Никого за ней не было! Только опустив глаза, увидели Агафия и Бортэ поднос, словно над полом парящий. Чего только не принесли пленницам! На круглом серебряном блюде, чернью – гравировкой по фону темному – украшенном, дымились рябчик, жаренный со сметаной, щи со свининой, калачи мягкие, душистые. Из-под подноса выплыла куколка величиной с ладошку детскую. Собранная из скрученных пестрых лоскутков, «одетая» в длинную юбку, платок да передник, с белым «лицом» без глаз, рта и носа, обратилась прислужница Бабы-яги к девицам:

– Откушайте! Милостиво просим.

Поднос широкий и длинный скрывал под собой еще много куколок. Когда девицы снова одни остались, Бортэ спросила, отстраняясь мягко:

– Не опасны ли яства эти?

– Какая радость Ягине нас травить? Раз в горницу богатую привела, а не в подвал с цепями да крысами. Прислала нам еду добрую – вон, калачи-то дымятся, – а не объедки, как свиньям, кору древесную да траву лесную. Угощайся.