Вся жизнь с нуля

Интересно, вообще ты любил?

Или всё было ложью втройне?!

Я открыла глаза ото сна,

Вижу, кто ты и что теперь стоишь.

Не работает больше блесна

С твоей удочкой, сам ты утонешь!

Не хочу больше видеть тебя,

Не хочу ощущать твои руки,

Не хочу, не взаимно любя,

Свою молодость погубить в скуке.

Я любима, их сотни, а я

Предпочла всем тебя и ошиблась.

Глаз замылился просто, любя,

Стольких шансов, потерь страшилась.

Я боялась уйти и теряла

Драгоценные годы свои,

Отпустить меня умоляла.

Не боюсь больше, всё, уходи.

Жизнь не учит дураков

Я так хотел её, не зная для чего,

Хотел быть рядом, утопать во взгляде,

Тонуть в копне волос, вдыхать его —

Тот запах кожи, есть клубнику в шоколаде.

Я не хотел её так, как хотел других,

Готов был раствориться в её мире,

Хотел всю жизнь держать в руках своих

И слышать смех её в своей квартире.

Я опоздал, я слишком долго ждал,

Боялся счастья вечного с любимой,

Пытался уберечь, скрывал, молчал,

Снедаемый тоской непроходимой.

Она была моей, я чувствовал, я видел,

Я должен был обнять, поцеловать…

Сегодня я себя возненавидел,

Зачем её позволил потерять?

Другой теперь целует её руки,

Вдыхает аромат её духов,

Мы близко, тем не менее в разлуке.

Жизнь ничему не учит дураков…

Я отдала бы много за него

Я отдала бы много за него,

Унизилась и стала бы рабыней,

Не замечала рядом никого,

Пожертвовала собственной гордыней.

Я отдала бы много за него,

За то, чтоб видеть его в день мгновенье,

И, кроме рук его, не нужно ничего —

Лишь ощущать его прикосновения.

Я отдала бы много за него,

Чтобы любил и был со мною рядом,

Обле?гчил муки сердца моего

И провожал, как ухожу, влюблённым взглядом.

Я отдала бы много за него…

Могла войти в свои ворота рая,

Будь я не я, а кто-нибудь другая,

Я отдала бы много за него…

Ты уходил

Ты уходил, а я молчала,

Я так боялась закричать:

«Ура, свобода, всё сначала

Я наконец могу начать».

Закрылась дверь – я танцевала,

Вино хотела остудить,

Остановилась, осознала —

Могу и тёпленьким попить.

Открыл он дверь, а тут «картина»:

На каблуках прям на столе,

В руке бутылка «Монтальчино»,

И я танцую в полумгле.

И голосом столь изумлённым,

Как будто и не ожидал,

Мол, говорит: «ходил за хлебом».

Мол, «нарываюсь на скандал».