Не потеряй себя

к тебе

обращаюсь – ты же, комсомолец, совесть у тебя есть или ты уже забыл, что это такое?! Ты должен об этом сам заявить, чтобы мы могли факт уголовщины зафиксировать, а ты их покрываешь.

Костя молчал, всё время, разглядывая ту самую картину на

стене. Директор, снова развернулся в сторону стола и, глядя на всех сразу, спросил:

– Ну и что будем делать?.. Завуч, Василий Николаевич, не надо отмалчиваться, это по вашей части воспитание учащихся. Ваше мнение?

– Да тут о моей воспитательной работе говорить уже, пожалуй, поздно.

Пусть участковый готовит материалы для следователя и передаёт куда надо. Раз нам известны те лица, которые уже не- однократно отметились, кто-то из числа участников всей этой вакханалии обязательно расколется и всё подробно расскажет. Да я примерно даже знаю кто, он уже мне – рано утром полови- ну рассказал.

– Но без показаний потерпевшего следователь ходу делу не даст, – сказал участковый инспектор, – а за сам суд – можно за-

быть, все шишки только на нас посыпятся, и вам и мне достанет- ся.

– Так. Раз ты, Константин, решил в молчанку играть!.. твоё де- ло!.. – сказал директор. – Тебе же, дороже выйдет. Чего, рот то раскрыл?.. или не закрывается по причине слабоумия?.. Иди в общежитие залечивай свои болячки и ни ногой никуда, чтобы

был на месте! Потребуешься, мы вызовем, а мы тут ещё поду- маем, что с тобой делать и с теми, которые тебя били.

Из кабинета Костя вышел как раз во время перерыва между уроками. Нашёл Максимку, с которым имел добрые отношения – парень был из местных и проживал в посёлке Самбек – занял у

него полтора рубля на билет до Ростова и спустя десяток минут, пока там продолжали совещаться, он уже маршрутным автобу- сом катил в сторону автовокзала.

Самый дешёвый билет до Ро- стова на автобус «ЛАЗ» с жесткими сидениями стоил один рубль двадцать копеек. От Ростова направляясь до тётки в Краснодар- ский край, поехал дальше зайцем – электричкой – там деньги

платить за билет было бы глупо. Домой ехать вариант сразу от- падал – с такой побитой до неузнаваемости мордой, там не по- явишься – людей токо пугать.

Решил залечить раны подальше от людских глаз в глухомани деревни. Прошло более двух недель.

Оказывается – фингалы под глазами легко наносить, но быстро покидать лицо они не желают. Не появляясь в училище на заня- тиях – о нём почти забыли, а он тем временем в душе надежду лелеял: «Поеду туда после… – когда дома побываю, а там гляди и выгонят – исключат из училища за прогулы.