Не потеряй себя

после будешь рассказывать о своих приключениях, – прервал речь друга Иван.

– Ты вначале дослушай, а потом за деньги будешь спрашивать. Так вот, иду значит я, даже не помню о чём и думал на то время. Смотрю, стоит один хмырь: ногу, значит, так это вперёд выста- вил, что мне обходить её надо. Возле стенки за ним чемодан

стоит: такой весь ободранный, затасканный – в общем, чемодан дрянь, если честно сказать, к тому же мне он и нахрен не нужен. Я то и посмотрел на него из-за его паршивого вида, а этот му- жик, видно подумал, что свистнуть хочу и базарит мне.

– Эй, пацан, чё на мой сидор шары вылупил?.. понравился? Ходь сюды, – говорит. Я это, значит, тормознулся, косо на него поглядел и говорю…

– Куда уж косее, – снова прервал Ганса Иван, – я представляю, как мужик чуть в штаны не наложил. Косо так даже в кино никто не умеет смотреть…

– Я же просил, не перебивай, дай досказать. Ты – говорю ему – отбрось клешни свои подальше, это тебе не в соломе, в скирде ночевать. Щас соберу кодляк на Бану, и тёмную получишь по-

полной.

А он отвечает:

– Что я слышу!.. никак детской пелёнкой в яичном желтке за- воняло?!.. Феноменальный, у тебя пацан расклад масти пошёл! а голова твоя козлиная рогами ещё не обзавелась, но это попра- вимо: нас на зоне не такому учили. Мы умеем и роги прилажи- вать, владеем мастерством даже зубы в заднем проходе встав- лять, чтобы то, что не успело в желудке свариться, снова задний проход смог дожевать. Врубился – ты, чмо!.. или не дошло ещё до твоего копчика?.

. а то пайка на зоне скудная. Чё, ты рот и гла- за свои скривил, как параличный?!.. перед тобой бывший зека – червонец от звонка до звонка оттянул, а ты кособочишься! Ты,

смотрю, как та курва, которой на ночь обещали чулок горячей каши принести, чтобы на всю ночь хватило шмаре кайф ловить до визга в потолке. Ты зубы-то не скаль, не в психушке находим- ся. Туда чтоб попасть талант проявить надо, тебе это ещё не по- тянуть… А я потом и говорю, – попутал рамсы, не разглядел, по- следней падлой буду, извини.

Мужик ничтяк оказался: до пол-

ночи угощал, показывал новенькие колоды картишек, пачек до десятка было, на юг собрался в картишки поиграть. Не помню, как и расстались. Проснулся, лежу на лавочке недалеко от дома, замёрз, как собака…

– Ганс, ты и есть собака, ты зачем ходил?!.. мужик денег хотя бы немного дал?

– Обижаешь, какие деньги?! когда он меня даром бухлом по- ил!

– А нам-то, что от этого?!..