Дар

 – Если вы считаете, что можете причинять ей безнаказанно боль, то ошибается, я найду того, кто вправит вам мозги на место!

– Ах ты сука! – вскочив заорал он, – Ей это не сойдет с рук, болтливая тварь!

– Она мне ничего не говорила, она даже не знает о моем существовании, ты сам спалился, когда шторы не закрывал и бил ее, я была в доме на против и все видела, – с безразличием соврала Анна. – И поверь мне, теперь, когда я убедилась на сто процентов, что это ты! Если у нее появится хоть царапина или синяк! … Ты знаешь денег и связей у меня хватит! – Смирнов резко подскочил к ней и схватив за плечи дрожащим от нескрываемой злости и страха (страха?) голосом заговорил: «Ты угрожаешь мне?»

Тут дверь в кабинет открылась и в проеме появился майор полиции, судя по погонам на плечах.

– Так Кевилл вы … какого здесь происходит? – тут Анна почувствовала, как по лицу из носа побежала теплая кровь (два видения и отличного качества дали о себе знать).

 – Смирнов, ты что совсем рехнулся, да я тебя! Ты хоть знаешь кто она?!

– Я ее не трогал! Да и кто она такая? – испуганно затараторил следователь.

– Да-да, про жену вы тоже так говорите? – с торжеством произнесла Анна.

– Так, Смирнов быстро ко мне в кабинет!

– Я.. – запнулся под тяжелым взглядом майора лейтенант.

– Я сказал, живо! – и, дождавшись, когда за Смирновым с грохотом закроется дверь он обратился к Анне – простите, пожалуйста, Вы только своему отцу не сообщайте про него, а то всем нам…

– Он меня не трогал, – перебила Анна его.

 – У меня из-за головной боли пошла кровь, – доставая салфетку из небольшого рюкзачка произнесла она. – А жену его жалко – забить может.

– Да знаем мы все про его наклонности, но не будем же в его доме караул выставлять. А жене некуда пойти, она сирота и привез ее он откуда-то из захолустья.

Даю слово, что сегодня он ей ничего не сделает, на дежурство оставлю, а завтра в командировку отправлю. Обещаю. Вы только отцу своему не рассказывайте про то, что он на вас орал, а то нам всем может достаться.

– Да что ж вы все его так боитесь? – взорвалась Анна. – Он не царь и не Бог, а просто судья, пусть и самый главный в этом городе, – развела она руками.