Встреча

Вокруг собрались зеваки, из машины вылез пьяный молодой человек, показал собравшимся какую-то корочку, скрутил номера и уехал. Кто-то вызвал скорую. Но Вася ничего этого не видел.

Врачи несколько часов бились за его жизнь. И каким-то чудом им удалось вытянуть его с того света. Пролежав в больнице несколько месяцев, он очнулся. Первый, кого он смог расслышать, была мама. Она все это время не отходила от его кровати, держала за руку и все время разговаривала с ним. Он смутно помнил, что слышал ее голос, когда был на той стороне.

Он вспоминал, что шел на него в каком-то темном лесу, и, казалось, что он идет на свет, а не на звук. Глаза открыть он не мог, повязка мешала. Ногами пошевелить не получалось, хотя они страшно чесались и болели. Он мог пошевелить только одной рукой, мог сжать ее, но несильно. Оля, конечно, к нему не приходила, да она и не знала, что произошло, позвонила пару раз, никто не ответил: «Ну и ладно».

Когда еще через месяц сняли повязку, Василий смог осмотреться. Обычная больничная палата с запахом лекарств и с ободранной штукатуркой на стенах, и желтые пятна бросались в глаза на белом полотне потолка.

Лампочка без плафона просто висела на проводе. В верхнем углу окна дырочка и от нее трещины расходятся по всему стеклу. Кровать узкая с сеткой и со скатанной ватой внутри матраса. Коричневая тумбочка, на ней сок и апельсин. Капельница на треноге мирно отмеряла лекарство. Он хотел было встать и смог приподнять голову, как тут же забежала медсестра и буквально наорала на него. Лицо мамы постарело, как ему казалось, лет на десять за это время.

– Мама, сколько меня не было? – слабым голосом спросил он на выдохе.

– 6 месяцев, сыночек. Но, слава богу, ты вернулся, я каждый день за тебя свечку ставила.

– Зачем? Столько денег угробила. Я бы и без этого справился. Что произошло?

– Тебя машина сбила.

– Что со мной, я пошевелиться не могу.

Мать закусила губу и слезы потекли.

– Тебя просто привязали к кровати, чтобы ты встать не смог.

Вася зажмурил глаза.

Пришел врач посмотрел, вонзил иглу в капельницу, выдавил туда жидкость.

– Щас полегчает – с улыбкой сказал и ушел.

И правда, почти сразу изображение поплыло, а потом и вовсе отключилось. Вася провалился в тяжелый сон без снов. Такие единицы, как время и дни недели, его не интересовали, он жил от укола до укола, в перерывах был в беспамятстве. Успевал перекинуться парой слов с мамой, потом приходил врач, игла, лекарство и все, прощай, мама, до следующего раза.