Повелительница слов. Сборник рассказов и сказок

И это теплое сияние охватит всю плоть. И прогреет кровь и заставит её снова бежать, и включится сердце. Все раны и повреждения исчезнут. И сознание вернется в свою оновленную обитель. Мама начнет дышать и откроет глаза. Да, это будет именно так. И наплевать, что подумают люди. Главное, что мама оживет. Эта перспектива уже не казалась, а четко превращалась в реальность.

«Я смогу. Я смогу! У меня все получится. Коснуться ее рук – и она оживет».

Да, Господь разрешает ей. Она сделает это.

Но вдруг в их разговор с Богом вклинился кто-то третий.

«Мама?.. Говорят, что души в первые дни после смерти рядом со своими телами, а ты где-то очень далеко. Но даже через такую толщу расстояния ты меня услышала. Ты не думала, что я за тобой буду так плакать? Ты же мне не родная мать, да? Это не важно! Ты нужна мне. Ты нужна здесь! Я сделаю это! Ты только вернись! Мама!»

Дождь пошел. Мягкий и нежный.

«Ты тоже плачешь, да? Ты не хочешь возвращаться? Тебе там лучше? Ну почему?..»

Идти до дома ещё далеко.

Вера понимала, что промокнет до нитки, но она замедлила шаг. Это не дождь – это мама. Она обнимает ее, распутывает скомкавшиеся чувства, разглаживает пожмаканное сердце. Капли стекают по лицу. Дыхание выравнивается. Возникает спокойствие и умиротворенность.

Самое сложное для живого – смириться со смертью. Но без этого смирения, невозможно продолжить нормально жить, только понапрасну изведёшь себя.

«Я поняла тебя, мама. Я посажу на твоей могиле цветы. И клён.

Ты же так любила клёники. Потому что они быстро растут».

Вера уже почти дошла домой.

Завтра будет завтра.

Кухонный сюрприз

Рассказ участвовал в конкурсе «Художественное слово» в 2017 г. Организатор Олег Чувакин.

В детстве я мечтала о попугае. Почему-то мне казалось, что с ним моя жизнь станет радостнее и ярче. Но, увы, или к счастью, своё детство я провела без него.

Зато моим детям с попугаем повезло.

Как-то летним августовским вечером я пекла блины.

Вдруг залетают в квартиру дети и, перекрикивая друг друга, умоляют меня оставить попугая. Оказывается соседка с нижнего этажа, некая тётя Римма, надумала переезжать, а посему сочла, что самое время подарить своего домашнего питомца моим детям. Совершенно безвозмездно.

– Хороший попугайчик. Молоденький. Всего два годочка ему, – лепетала тётя Римма, основательно пошатываясь, ибо спиртного уже явно перебрала. – Вот просто забирайте его и всё. Прямо с клеткой.