В плену отчаяния

Даже над преступниками так не издеваются! За что с ней так? Хотелось схватить на руки, прижать к груди и не выпускать, чтоб никто больше не смог дотронуться до нее. Ее тихое дыхание изменилось, почувствовав перемены.

– Насмотрелся? – жестко сорвалось с прекрасных губ, чарующим голосом. Герцог от неожиданности вздрогнул, но глаз не отвел.

Незнакомка села, гордо вскинув голову. Ее обнаженная грудь бурно вздымалась от волнения, а глаза светились ненавистью. Грей выпрямился и схватив за упрямый подбородок заставил смотреть себе в глаза.

– Кара, – выдохнул, внимательно наблюдая за реакцией. Ее зрачки расширились, говоря, что он не ошибся. – Будешь и дальше молчать?

– А что вы хотите услышать? – вырываясь, прошипела разъяренная фурия. Забилась в дальний угол и яростно метала молнии из глаз, упрямо сжав губы.

– Правду… – тихо произнес, борясь с собой, с вновь нахлынувшим желанием. О, как сильно он желает ее! Желает вновь услышать сладострастные стоны.

Член шевельнулся, встав колом. Но ей не обязательно знать о желанности… пока!

Девушка замотала головой, из глаз предательски потекли слезы, которые она тут же смахнула рукой:

– Какую правду? – с болью вырвалось. – Что вы хотите узнать? Сколько раз меня мучили? Как? Чем? Почему? – выкрикнула, натягивая одеяло до дрожащего подбородка. – Или почему я пыталась вас убить?

– Всю! – жестко произнес с потемневшими глазами.

Каждое ее слово болью отдавалось в сердце.

– Ни-че-го я не скажу, – отчеканила Кара, упрямо сверля его глазами. На лице герцога не отразилось ни одной эмоции, хотя в душе бушевал ураган, готовый снести все на своем пути.

– Одевайся, – приказал вставая.

– Зачем? – искринне удивилась она.

– Хочешь, чтоб тебя голой отсюда выволокли? – прищурил Грей свои холодно синие глаза. Кара вздрогнула, как будто он ее ударил.

Вот оно! Его настоящее лицо! Не может он быть с ней нежным, ночь явно была исключением! Ведь тогда он не знал кто с ним… правда сейчас он тоже не знает…

– Куда? – прошелестели побелевшие губы, отдать должное, она все же гордо встала, завернувшись в одеяло, пытаясь не показывать окутывающий душу животный страх.

– Увидишь! – жестко и не терпяще возражений произнес герцог, намеренно пугая девушку.