Мелодия одержимости

Или понимаем, что такой парень не нашего поля ягода, – с заумным видом добавила Маринка и тут же встрепенулась: – О, посмотри, какой парень к ним подсел. Ничего себе. Я его раньше здесь не видела. Скорее всего, новенький.

Я проследила за окосевшим взглядом подруги и громко выдохнула. К столику с компанией Подольского подошел Адлер. Высокий, в светлой рубашке и черных классических брюках с творческим беспорядком на белокурой голове и своими холодными голубыми глазами. Немец был крупнее даже Данила.

Парни почтительно встали и поздоровались с Адлером за руку. Расчистили ему место за столом. И тот с небрежностью аристократа гордо уселся на свободное место на диване.

У меня сперло в груди. Даже дышать стало тяжело.

– Ого, смотри, новенького так быстро приняли. Он просто огромен. Скала. Ты видела, какие у него широкие плечи. Наверное, пловец, – не унималась Маринка.

– Он боксер, – глухо ответила я.

– А ты откуда знаешь? – подруга перевела на меня недоверчивый взгляд.

– Потому что он и есть мой сосед, Адлер Леннон, – проговорила я, не спуская глаз с его спокойных движений.

Адлер вальяжно расположился за столом. Чуть раскинул длинные ноги и взял в руку бокал с выпивкой. Лера склонилась к нему, игнорируя Подольского. Ее длинные ровные волосы касались плеча немца. Она облизывала свои пухлые губы и, когда он ей что-то сухо и равнодушно отвечал, начинала заливисто смеяться и демонстративно закидывать голову. Адлер несколько раз опускал красноречивый взгляд на ее роскошное декольте.

Я почувствовала себя совсем ничтожно. Этот красивый парень проявлял ко мне интерес, а я сама отшила его. Прогнала из своего дома. Такие надменные и гордые мужчины не прощают оскорблений. А глядя на то, как Адлер позволял Лере касаться своих плеч и гладить мускулы на руке, мне вообще захотелось выцарапать ей глаза.

– Адлер Леннон! Боже, он такой крутой. А ты его описывала как противного наглого немца, фашиста! Женька, ты совсем ребенок, ничего не понимаешь в мужской красоте.

Да он как греческий бог Апполон. Нет, скорее, как бог войны, Арес. Сильный. Мощный. Ух, я аж всю историю вспомнила, – не унималась подруга.

– Прекрати, – тихо выдохнула я.

– Ой-ой! Женька, кажется, ты покраснела! Малышка, да ты втюрилась в этого спартанца! – ошарашенно подтвердила мою догадку Марина.

– Ты болтаешь чушь! Успокойся, ты уже пьяна! – прошипела я грозно на подругу.