Ольга – княжна Плесковская

 – Только мне твоего серебра более не надобно, и так хватает.

– А что же тебе надобно? – нахмурился Яромир.

– Коли дочка твоя промахнётся, пусть со мной и с дружиной моей в гридницу последует и там нынче ночью плясками да песнями глаз и слух наш ублажает.

Воцарилась тишина, и даже в неярком свете костров было заметно, как побелело лицо Яромира. И пока воевода собирался произнести достойный ответ, Ольга опередила его.

– Я согласна, – чётко вымолвила она и посмотрела на батюшку спокойным, совсем недетским взглядом.

– И вот ещё что – раз уж мы решили постязаться, – добавил князь, нарушая тишину, – я своим серебром рисковать не стану, в подобную цель любой отрок-малолетка, что и месяца не пестован, попадёт, а ты, Яромир, дочку-то свою, думаю, поболе учил. – Он склонился к стоящему рядом гридню, им по случаю вновь оказался услужливый Некрас и, показывая на Любима, негромко что-то проговорил.

– Посему вот, что я решил, – пусть девица станет стрелять в горшочек, что малец на темечко себе поставит, – объяснил он.

Ропот пошёл по примолкшей до того толпе. Вскрикнула Голуба и спрятала лицо на груди у побледневшего Томилы. Некрас шагнул к Любиму, но мальчишка, не дав до себя дотронуться, метнулся к Ольге, которая, бросив лук, тут же прижала его к себе. Яромировы гридни, из тех, кто был при оружии, положили руки на рукояти мечей, и княжеские в ответ повторили то же движение. Давешнее веселье сменилось явственно ощущаемым напряжением и даже испугом.

– Что ты творишь-то, князь! – гневно воскликнул Яромир. – Ты с нами за одним столом сидел, хлеб переламывал, а теперь хочешь, чтобы мы здесь друг в друга стрелы метили.

– Не нужно, воевода, так волноваться, – примирительно ответил князь. – Я ж не настаиваю, лишь предлагаю, – почти ласковым голосом, словно буйно помешанного, успокоил он Яромира, повернулся к Ольге и вопросительно на неё посмотрел.

– Не стану я стрелять в брата своего названого, – твёрдо ответила она.

– Да разве ж я заставляю? – как будто удивился князь. – И вотще, думаешь, тебе кто-нибудь в мальчишку стрелять позволил бы? – князь строго свёл брови и со всей серьёзностью добавил: – Проверить я тебя хотел – уверенность твою и дерзость.

– Что ж ты своего гридня не предложил? – уже спокойнее спросил Яромир.

– Так это ты, воевода, знаешь, на что твоя мастерица способна, а я нет, – неприятным резким голосом сказал князь.