Последнее дежурство

Никогда я не ел такой вкуснятины! Постепенно ледок неловкости растаял, и мы без церемоний разговорились «за жизнь».

Настя по молодости «сбегала замуж», после переехала в деревню около года назад из города, где жила до развода. После свадьбы семейные дела шли у молодых хорошо. Получили квартиру, купили автомобиль, дачку. Каждый искренне давил на мозоль под названием любовь… Но супруг из-за лишних денег мало-помалу пристрастился к выпивке до положения риз. К сожалению, любовь частенько переходит в противостояние супругов.

Настя боролась за свою семью, как только могла. Несколько раз кодировала пьяницу в наркологическом диспансере, подключала родственников мужа, известных знахарок. Безрезультатно! Перебороть страсть к алкоголю супруг так и не смог. Стал вскорости поднимать на жену руку. Однажды отравившись паленой водкой, помер спустя неделю в районной реанимации. Детей в браке они не нажили, и молодая вдова убежала от неприятных воспоминаний в свою родную деревню. Сейчас Настя работает учителем биологии и пения в местной школе, но жить постоянно в селе не собирается.

– Бабья жизнь идет на цыпочках мимо. Поэтому, как только закончу свою психологическую реабилитацию, вернусь в город, – добавила она, глядя на меня искристыми глазами, – а давайте я вам что-нибудь спою под гитару:

Ты не тоскуй – я только осень…

Томить – причуда не моя,

Времен безжалостные оси

С гримасою верчу не я.

Через окно глядишь на танцы

По ветру пущенных листов,

Так дни в лоскутиках квитанций

Глотают урны городов…

Не хочется прощаться с летом?

Меня то просто уломать,

Да шпилит к юбкам самоцветы

Полуодетая зима.

А ты опять проходишь мимо…

Так птицу счастья не поймать!

Негоже отпускать любимых

В чужие судьбы и дома.

Ну ладушки, вразрез сюжету

Для пары жизней задержусь.

Зиме споешь о бабьем лете,

Она не против куражу!

Настя отложила гитару в сторону:

– Может быть, перейдем на «ты»?

– Давайте, – согласился я, – но тогда нам надо выпить на брудершафт! Ну… за настроение…

Мы весело чокнулись и, осушив рюмки, поцеловались.

Жар сладких женских губ пробудил во мне вечный инстинкт самца, и я с неожиданной прытью подхватил Настю на руки, перейдя в своих действиях зыбкую границу между идеалом и одеялом…

– Осторожно, миленький, я же такая крутобедрая, – щекотала она горячим ртом мое ухо, – Мне вот говорят, что я с артисткой схожа!

– Тоже верно.