Действующее лицо и исполнители

Он просто-напросто хороший работник – старательный, гордящийся своим положением в селе. А то, что ко мне цеплялся на репетиции в ДК – так ведь служба обязывает быть бдительным.

– Ты не смотри на него. Он сейчас сам людей избегает. У него насморк приключился – перекупался.

Позвал гостя:

– Пойдем на диван – посидим: у меня в мастерской краской дюже пахнет.

Пересекая фойе, приотстал и с любопытством осмотрел Серегу – залюбовался, как художник, оценивающий картину.

Подходя, сказал:

– Не пойму, чего этим бабам надо.

Молодой, симпатичный, с головы до ног современный. Ты посмотри на себя со стороны – высокий рост, широкие плечи, узкие бедра, спортивная походка, каштановые волосы… Кинозвезда! Тебе в фильмах в пору сниматься! А ты до сих пор влачишь жалкое неженатое состояние…

– Эту тему хотел поведать? – Нарышкин зримо напрягся.

– Нет-нет, сиди-сиди, сейчас все объясню.

И Сергей остался сидеть на диване – ни веселый, ни грустный, ни настороженный…

Легкий ветер с юга впорхнул в раскрытое окно и зашелестел шторами.

В ДК и селе было тихо, мирно и томно…

– Так что про тему, Илья Иваныч?

Алдакушев согласно кивнул:

– Сейчас расскажу.

Присел и снова весело оглядел гостя с головы до пят взглядом, в котором светились приязнь и дружба.

– Ещё раз здорово, мышка-нарышка!

– И я рад тебя видеть, старая перечница. Ну, реки, чего тебе от меня надобно.

– Мне от тебя ничего не надо. А вот я тебе хочу предложить новую тему.

– Иии..? Ну, не томи, выкладывай, упрямый и злой ослище.

– Сергей! Вот послушай меня, – наконец негромко сказал Алдакушев. – Ты думаешь, единственный кто снимал наши концерты на камеру? Да у нас специально обученный человек поставлен на это дело. И аппаратура есть соответствующая. И множество-множество запечатленных концертов, празднеств, представлений… И все это выложено в интернете на нашей странице «ВКонтакте» для открытого доступа.

– И ты молчал? – ахнул Нарышкин. – Ничего себе, друг называется.

Илья засмеялся.

– Не сердись ты на нас, грешных, Сережа! – мирно и дружелюбно отозвался Иваныч.

 – Я отлично понимаю, что для тебя это дело серьезное. Но ведь лучше позже, чем никогда. Согласен?

Голос художника-оформителя Хомутининского СДК внезапно сделался строго официальным, в нем зазвучали басовитые нотки.

– Прошу вас, господин Нарышкин, учесть, что хоть материалы в открытом доступе, клуб наш с них от тебя что-то должен поиметь. В противном случае буду считать твой поступок непорядочным.