Загряжский субъект

Он сразу же поклялся, что давно и тайно любит и без нее не мыслит жизни. Бойкий курсант предложил пожениться и ехать с ним на край света. Познакомил со своими родителями. Купил обручальные кольца. Натэлла проводила жениха в училище и больше его не видела. Тосковала, ждала, сохла. Родила славного малыша. И закисла в одиночестве.

К этой несчастной женщине и пришел возбужденный и хмельной Дрюня узнать насчет ее отношений с Президентом. Натэлла долго не понимала вопросов Дрюни и отмахивалась платочком от сивушного духа, заполнившего ее маленький кабинет.

– Не хочешь – и не надо! – рассердился Дрюня. – Президент собирается к нам с визитом. И он хочет увидеть своего сына. Поняла?

– Какого сына?

– Твоего! Вашего общего с ним пацана. Он мне сам об этом сказал!

Натэлла попятилась в уголок, как от рептилии.

– Уходите, – простонала она. – Я сейчас закричу, я буду царапать вам лицо…

– Дура! – Дрюня крепко топнул генеральским сапогом и хлопнул дверью.

Дома у калитки его терпеливо поджидал завхоз мэрии.

– Здравствуй, Андрей Васильевич, – хмуро поздоровался бывший коллега. – Вот сапоги твои принес…

– Откуда они у тебя?

– Шутник, – покачал головой завхоз. – Да шутку в карман не положишь. Деньги давай. – Он кивнул на генеральские сапоги. – Ты вчера у меня прямо на складе переобулся и сказал, что деньги принесешь сегодня. Я человек подотчетный.

В голове Дрюни сразу прояснилось. Дурень, позарился по пьянке на сапоги за четыре тысячи.

– Нету у меня денег! – со злостью сказал он. – Хочешь, в рассрочку, а нет, сейчас разуюсь.

– Разувайся!

Сердитый завхоз унес остатки сна.

Дрюня еще отхлебнул из бутылки и как никогда больно почувствовал, что его обобрали. По щекам скатывались слезы.

Вечером у калитки посигналила машина. Сонный Дрюня вышел на крыльцо и увидел Татьяну Веревкину за рулем «Нивы». Она быстро вошла в калитку, в черном костюме, с распущенными завитыми волосами, яркая, накрашенная, нахальная.

– Что, опять в бутылку полез?

Дрюня отмахнулся, как от мухи.

– Уйди, я в ипатии…

Татьяна решительно уселась рядом, больно подергала Дрюню за шевелюру.

– Сейчас я тебя выведу из апатии! Завтра чтобы был у меня, как огурчик. Беру тебя на работу. И не Ваньку валять, а дело делать. Мне нужны трое настоящих казаков.

Дрюня туго соображал, мутно глядя на Татьяну.

– Меня вчера выгнали из мэрии и из атаманов.