Есения

Перед глазами стали проплывать умиротворяющие картины с пышными елками и высокими соснами… тропинка, покрытая пожелтевшей хвоей, небольшие круглые шишки, разбросанные вокруг… и громкий хруст, разрывающий лесную тишину, если наступишь на шишку… одно из самых любимых воспоминаний – прогулка за грибами вместе с бабушкой и встреча с белочкой. Неожиданно Полина вышла на полянку, посреди которой стоял высокий пень, вернее, обломленное дерево. И вот на его сломе, как с картинки, сидит рыженькая белочка.

Хвост пушистый, а в лапках, девочка увидела все это отчетливо своими молодыми зоркими глазами, держит большую шишку.

«Иринке здесь бы вообще понравилось, – неожиданно подумалось Полине, – она так чувствительна к запахам, не то что я…»

***

Май 1970 г.

Однажды, весной, когда уже совершенно не лезли в голову знания, потому что выпускной класс и потому что на дворе май, к Полине подошла географичка… ну не могла ее по-другому называть после этого Полина.

– Полиночка, – заговорщическим шепотом произнесла учительница, при этом взяв девушку под локоток и чуть отводя в сторонку, – вы уже все взрослые, и надо посерьезнее относиться к гигиене…

– В смысле?

– Душ, моя дорогая, надо принимать ежедневно, – словно открывая Америку и одаривая этим дитя неразумное, произнесла преподавательница, – от тебя так сильно пахнет…

На Полину словно вылили ушат ледяной воды… она шарахнулась в сторону, тут же забежала в кабинет, схватила портфель и помчалась что есть силы, домой.

– Бабуля! – разрыдалась девушка на плече красивой пожилой женщины.

– Полюшка, что такое? – бабушка двумя руками взяла лицо внучки и ласково и нежно обтерла слезы.

Полина вдруг резко перестала плакать, расправила плечи и отодвинулась от бабушки.

– Бабуля, скажи. Я воняю?

– Чего? – Красивые брови-ниточки взлетели к высокому белому лбу.

Как же Полина любила бабушку. Она восхищалась ею! Высокая, кареглазая, длинные черные волосы.

В последние годы их красиво наполняла седина. И спина… всегда гордо расправленные плечи. С достоинством королевы бабуля несла свою красоту миру. В семье тему национальностей старались обходить стороной, но Полина – девочка не глупая. Она понимала, что бабушка – еврейка. Тем более что пару лет назад, разбирая в кладовке у бабули старые альбомы, наткнулась на письма, адресованные Любови Иовне.