Ковен магов «Золотой Василиск»

А парень оказался соней, поэтому, когда Виктор приоткрыл незапертую дверь его каюты, он ещё сладко спал.

– Мистер Артур, вы не спите? – беспардонно спросил мой брат.

– Нет, профессор, я проснулся еще час назад, и ждал, пока вы наконец придете, – не высовывая головы из-под одеяла произнес парень, а затем лениво зевнул.

– Вы, наверное, шутите? – мой брат, как всегда, игнорировал сарказм, которым люди пытались спастись от его наглости.

– Прошу вас, присаживайтесь, вы надёжно спрятали диск? – спросил Артур, не открывая глаз.

– Да, он при мне. Могу ли я поинтересоваться, собираетесь вы вставать или так и будим продолжать наш разговор?

Артур неохотно поднялся с постели и накинул халат. Включать свет не было необходимости – лучи света во всю окутывали хорошо обставленную каюту, где помимо кровати и двух стульев, был еще небольшой стол и шкаф. И само собой мой брат тут же успел занять себе местечко поудобнее.

– И так, профессор, что вы можете рассказать об этом предмете – спросил молодой маг и сел рядом на оставшийся свободный стул.

– Ну, во-первых, меня удивил материал, из которого сделан этот диск. Он изготовлен из доселе неизвестного ни людям, ни магам металла. Во-вторых, очень любопытной кажется надпись «Rho», которая вписана внутри пентаграммы, на лицевой части этого предмета, совпадает с надписью о которой упоминал в своих записях Кур де Жебелен. А в-третьих, на обратной стороне очень мелким шрифтом, который заметен лишь при увеличении, нанесены символы, которые очень напоминают младшие арканы в его картах Таро.

– Что? Не может быть! Позвольте и я взгляну – подскочив с места воскликнул Артур.

– Вот, смотрите, – наведя лупу на изображение показал мой брат, – меч, кубок, жезл и монета, которую называют еще пентаклем.

– А самое интересное, – после минуты зависшего в воздухе восторга, заявил он, – Осмелюсь предположить, что этот предмет им и является. Это попросту большая монета – пентакль.

– Я ничего не понимаю, – с недоумением произнес Артур и присел обратно на стул, – Это ставит под сомнение все наши с вашим братом размышления и нашу собственную теорию.

Восторг сменился длительным вопросительным молчанием, которое прервалось только в тот момент, когда милая Агата позвала обоих на завтрак.

Капитан уже вовсю уплетал свою трапезу, совершенно не стесняясь отсутствия гостей, для которых на большом столе были разложены столовые приборы.